анализ стихотворения Александра Сергеевича Пушкина туча по плану 1)история создания 2)тема идея 3)композиция 4)стихотворный размер 5)жанр 6)средства выразительности 7)личные впечатления​

     Семья Васи пережила горе, они потеряли мать и жену. Вася стал скитаться по улицам, а его отец словно забыл о существовании своего сына, иногда он пытался заниматься его воспитанием, но из-за тщетных попыток перестал это делать. Отец больше любил маленькую дочь, потому что она напоминала ему о жене. Между сыном и отцом возникла стена непонимания.

         Вскоре Вася познакомился с Валеком, который жил в заброшенном замке. Он стал проводить много времени с ним и его семьей. У отца Васи сложилось нехорошее мнение о сыне, он считал, что его сын бродяга, и он плохо влияет на маленькую Соню. Но его доводы были неверными, Вася пытался бедной семье Тубурция, у которого росла маленькая дочь Соня, она была очень слабой и бледной, словно тень. Те камни вокруг, которых она жила, будто высосали у нее кровь.

         Однажды Соня очень сильно заболела, Вася пытался ей. Он рассказал сестре о бедной девочке и попросил у нее куклу. Маленькая Соня была очень счастлива, когда получила куклу. Ее лицо засияло светом, на ее щеках показался румянец. Отец, узнав о пропаже куклы, очень сильно рассердился и вызвал сына на разговор. Сын не говорил о том, куда дел куклу, во время разговора пришел Тубурций и принес пропажу. Он рассказал о поступках Васи, отец сразу переменил свое отношение к сыну, извинился перед ним. А у Васи исчезло чувство страха перед отцом, и появилась любовь к нему. После этого разговора их отношения очень сильно изменились в лучшую сторону.

 Вот оно:                   Он пролежал в больнице весь конец поста и Святую. Уже выздоравливая, он припомнил свои сны, когда еще лежал в жару и бреду. Ему грезилось в болезни, будто весь мир осужден в жертву какой-то страшной, неслыханной и невиданной моровой язве, идущей из глубины Азии на Европу. Все должны были погибнуть, кроме некоторых, весьма немногих, избранных. Появились какие-то новые трихины, существа микроскопические, вселявшиеся в тела людей. Но эти существа были духи, одаренные умом и волей. Люди, принявшие их в себя, становились тотчас же бесноватыми и сумасшедшими. Но никогда, никогда люди не считали себя так умными и непоколебимыми в истине, как считали зараженные. Никогда не считали непоколебимее своих приговоров, своих научных выводов, своих нравственных убеждений и верований. Целые селения, целые города и народы заражались и сумасшествовали. Все были в тревоге и не понимали друг друга, всякий думал, что в нем в одном и заключается истина, и мучился, глядя на других, бил себя в грудь, плакал и ломал себе руки. Не знали, кого и как судить, не могли согласиться, что считать злом, что добром. Не знали, кого обвинять, кого оправдывать. Люди убивали друг друга в какой-то бессмысленной злобе. Собирались друг на друга целыми армиями, но армии, уже в походе, вдруг начинали сами терзать себя, ряды расстраивались, воины бросались друг на друга, кололись и резались, кусали и ели друг друга. В городах целый день били в набат: созывали всех, но кто и для чего зовет, никто не знал того, а все были в тревоге. Оставили самые обыкновенные ремесла, потому что всякий предлагал свои мысли, свои поправки, и не могли согласиться; остановилось земледелие. Кое-где люди сбегались в кучи, соглашались вместе на что-нибудь, клялись не расставаться, — но тотчас же начинали что-нибудь совершенно другое, чем сейчас же сами предполагали, начинали обвинять друг друга, дрались и резались. Начались пожары, начался голод. Все и всё погибало. Язва росла и подвигалась дальше и дальше во всем мире могли только несколько человек, это были чистые и избранные, предназначенные начать новый род людей и новую жизнь, обновить и очистить землю, но никто и нигде не видал этих людей, никто не слыхал их слова и голоса.