Онегин был по мненью многих (Судей решительных и строгих) Ученый малый, но педант: Имел он счастливый талант Без принужденья в разговоре Коснуться до всего слегка, С ученым видом знатока Хранить молчанье в важном споре И возбуждать улыбку дам Огнем нежданных эпиграмм.
Латынь из моды вышла ныне: Так, если правду вам сказать, Он знал довольно по-латыне, Чтоб эпиграфы разбирать, Потолковать об Ювенале, В конце письма поставить vale, Да помнил, хоть не без греха, Из Энеиды два стиха. Вот мой Онегин на свободе; Острижен по последней моде, Как dandy 2 лондонский одет — И наконец увидел свет. Он по-французски совершенно Мог изъясняться и писал; Легко мазурку танцевал И кланялся непринужденно; 3. Высокой страсти не имея Для звуков жизни не щадить, Не мог он ямба от хорея, Как мы ни бились, отличить. Бранил Гомера, Феокрита; Зато читал Адама Смита И был глубокой эконом, То есть умел судить о том, Как государство богатеет, И чем живет, и почему Не нужно золота ему,
4. Как рано мог он лицемерить, Таить надежду, ревновать, Разуверять, заставить верить, Казаться мрачным, изнывать, Являться гордым и послушным, Внимательным иль равнодушным! Как томно был он молчалив, Как пламенно красноречив, В сердечных письмах как небрежен!
5. Как он умел казаться новым, Шутя невинность изумлять, Пугать отчаяньем готовым, Приятной лестью забавлять, Ловить минуту умиленья, Невинных лет предубежденья Умом и страстью побеждать, Невольной ласки ожидать, Молить и требовать признанья, Подслушать сердца первый звук, Преследовать любовь, и вдруг Добиться тайного свиданья.. .
6. Как рано мог уж он тревожить Сердца кокеток записных! Когда ж хотелось уничтожить Ему соперников своих, Как он язвительно злословил! Какие сети им готовил!
7. Онегин входит, Идет меж кресел по ногам, Двойной лорнет скосясь наводит На ложи незнакомых дам; Все ярусы окинул взором, Всё видел: лицами, убором Ужасно недоволен он; С мужчинами со всех сторон Раскланялся, потом на сцену В большом рассеянье взглянул, Отворотился — и зевнул,
8. Второй Чадаев, мой Евгений, Боясь ревнивых осуждений, В своей одежде был педант И то, что мы назвали франт. Он три часа по крайней мере Пред зеркалами проводил И из уборной выходил Подобный ветреной Венере, Когда, надев мужской наряд, Богиня едет в маскарад.
9. Нет: рано чувства в нем остыли; Ему наскучил света шум; Красавицы не долго были Предмет его привычных дум; Измены утомить успели; Друзья и дружба надоели, Затем, что не всегда же мог Beef-steaks и страсбургский пирог Шампанской обливать бутылкой И сыпать острые слова, Когда болела голова; И хоть он был повеса пылкой, Но разлюбил он наконец И брань, и саблю, и свинец.
10. Два дня ему казались новы Уединенные поля, Прохлада сумрачной дубровы, Журчанье тихого ручья; На третий роща, холм и поле Его не занимали боле; Потом уж наводили сон; Потом увидел ясно он, Что и в деревне скука та же, Хоть нет ни улиц, ни дворцов, Ни карт, ни балов, ни стихов. Хандра ждала его на страже,
Много лет назад, еще в детском саду, я впервые услышала волшебные звуки фортепиано. А со временем музыка все глубже входила в мою жизнь. В нашей семье нет музыкантов-профессионалов, но все очень любят петь. С шести лет я начала посещать музыкальную школу. Могу сказать, что я счастлива, так как связала свою жизнь с этой разновидностью искусства. Мне кажется, что нет в мире человека, который безразлично относился бы к музыке, ведь в ней воплощено все прекрасное, светлое, хорошее и вечное. Музыка всегда с людьми - и в радости, и в горе. Мой любимый композитор - Бетховен. Именно в его творчестве классическая музыка достигла своей вершины. Изысканная мелодия «К Элизе» передает его радость и грусть о неподдельной пылкой любви к Терезе Мальфатти, которая так и не оценила чувства выдающегося композитора. Эта мелодия завораживает, принуждает задуматься над жизнью и ее быстротечностью. Мне импонирует, что ни болезни, ни бедность, ни одинокость не смогли сломить воли и мужества этого человека. Уже, будучи тяжело больным, он вынашивает величественные замыслы своих последних произведений. Особые чувства у меня возникают, когда слышу полонез польского композитора Огинского «Прощание с родиной». Ресницы будто бы затрагивают какие-то неведомые мне струны души.Перед моими глазами возникает образ композитора - изгнанника из родной земли. Я вижу его печальные глаза, руки с тонкими музыкальными пальцами, которые создавали эту волшебную мелодию, в которой - невыносимая боль разлуки с родиной, безграничная любовь к родному краю. Также люблю слушать вальсы Шопена. Поляк по происхождению, он пылко любил свою родину, но всю жизнь вплоть до самой смерти должен был провести на чужбине. В его произведениях звучит грусть по родной земле, по родительскому дому, боль от невозможности возвратиться в места своего детства. А вальсы Шопена зачаровывают своей мелодичностью и гармоничностью. Особенно мне приятно слушать «Вальс до-диез минор», от которого веет легкостью, изысканностью. По душе мне и современная эстрадная музыка. Украинские певцы занимают все более и более заметное место в музыкальной жизни молодой Украины. Я люблю слушать мелодичную Таиссию Повалий, изысканную Ирину Билык, пылкого Александра Пономарева. Тем не менее, классическая серьезная музыка, народная песня трогают меня больше, успокаивают, пробуждают чувство прекрасного, дарят волнительные душевные переживания. Классическую музыку воспринимаю как что-то очень высокое, иногда загадочное и непостижимое, но такое прекрасное.
0,0(0 оценок)
Полный доступ
Позволит учиться лучше и быстрее. Неограниченный доступ к базе и ответам от экспертов и ai-bota
Оформи подписку
