верить в конец света – любимая человеческая забава. наиболее вероятной причиной гибели всего живого считается гость твёрдой породы из глубин космоса, что может протаранить планету и за одно мгновение стереть всё. чуть более вероятны внутренние катаклизмы, столкновения галактик, причуды солнца и гравитационных сил планет солнечной силы. ещё меньше вероятность – гибель от рук инопланетян, так как кроме фантастов в них никто не верит. самая невероятная причина – возникновение на нашей планете разума равного человеческому. по такому сценарию мало кто из писателей решается идти. есть некоторые интересные работы. например, “день триффидов” джона уиндэма или представленная в этом очерке книга карела чапека “война с саламандрами”. не был сказан ещё один вариант конца света – человечество само себя уничтожит. под ним можно подразумеваться многое – от ядерной войны до создания опасных существ. этот сценарий пересекается по своей сути с предыдущим. азимов создал добрых роботов, перепрограммировав их мозг на запрет вредить человеку. лем был более пессимистичен в этом плане. уиндэм предоставил шанс растительной форме жизни. чапек выпустил из океанских глубин разумных саламандр.
удивительно, как маленькая чехия, расположенная вдали от крупных водоёмов, стала страной, допустившей развитие катаклизма и так долго сокрушавшаяся, что катаклизм её не задевает. самые серьёзные в мире моряки – чехи. самые богатые в мире промышленники – чехи. самые способные люди – чехи. по другому у чешского писателя быть не может. на примере чехии показан рост человеческой глупости, обернувшийся полным крахом.
карел чапек изначально не планировал писать антиутопию. он хотел поведать о добром человеке с добрыми намерениями. почему заданные рамки оказались тесными? автор сам отвечает, что кроме него – такое произведение никого бы не смогло заинтересовать. нужна большая глубина. и чапек забрался глубже некуда – в самый океан и в недра археологических изысканий. найденный им andrias scheuchzeri – настоящий окаменелый скелет некогда существовавшей саламандры, одно время признаваемой даже чем-то похожей на человека прямоходящего. именно такие саламандры смогли пережить всемирный потоп и именно они должны были править на земле. почему сложилась иначе, теперь остаётся только гадать. человек занял всю сушу, а andrias scheuchzeri сохранился только на одном из индонезийских островов. сохранился, правда, только по словам чапека. именно там начинаются события книги.
кого-то отталкивает, а кому-то наоборот нравится. я про стиль повествования. у чапека нет одной сюжетной линии, но и нет разбросанных по книге разрозненных действий. всё – от начала и до конца – представляется перед читателем в виде разворачивающейся картины. сперва мы знакомимся с саламандрами, потом осознаём опасность, затем видим человеческую жадность. чтобы не быть голословным, чапек приводит данные раскопок – он докажет правдивость своих слов. читателю предстоит читать газетные вырезки событий, архивные файлы, заключения комиссий. художественная сторона книги – тоже на высоте. переживать придётся за простых людей, а потом и за всё человечество. жонглирование стилями – превратило книгу в потрясающий театр действий.
заставляет ли книга задуматься? конечно, заставляет. чего только стоит послесловие автора, где он рассуждает о возможных последующих событиях. где чапек поставил точку, именно на тех моментах любит начинать писать книги станислав лем. если чапек дал интригу и показал всю цепочку событий, то лем стирал интригу и анализировал ситуацию заново. о чём-то подобном хотел поведать и чапек, выдвигая причины библейского потопа, но его догадки остались на уровне догадок, без попыток докопаться до настоящей сути.
ответ:
из того ли то из города из мурома,из того села да с карачаровавыезжал удаленький дородный добрый молодец.
к обеденке поспеть хотел он в стольный киев-град
из того ли то из города из мурома, из того села да с карачарова выезжал удаленький дородный добрый молодец. он стоял заутреню во муроме. а й к обеденке поспеть хотел он в стольный киев-град. да и подъехал он ко славному ко городу к чернигову. у того ли города чернигова нагнано-то силушки черным-черно, а й черным-черно, как черна во́рона. так пехотою никто тут не прохаживат,
