Дівчина,суперниця буби це? тільки швидко

Давно отгремела великая отечественная война. уже выросли поколения, знающие о ней по рассказам ветеранов, книгам, кинофильмам. поутихла с боль утрат, зарубцевались раны. но наши писатели и поэты обращались и обращаются к тем далеким дням. война по-прежнему живет в памяти нашего народа. военная тема поднимает коренные вопросы человеческого бытия. современная о войне обращается к наиболее тяжелым в ходе великой отечественной войны, к критическим моментам в судьбах героев, выявляла гуманистическую природу воюющего солдата. военная проза второй половины xx века – один из наиболее крупных “блоков” современного процесса. на ее страницах воспитывались многие поколения читателей. к ней обращаются сейчас и фронтовики-ветераны великой отечественной войны, и вчерашние школьники, готовящие себя к службе в рядах вооруженных сил страны.наша (разумеется, лучшие книги) немало сделала для того, чтобы в грозных, катастрофических обстоятельствах пробудить у людей чувства ответственности, понимания того, что именно от них зависит судьба страны. жестокая, кровавая война потребовала духовного раскрепощения, сопровождалась стихийным освобождением от душивших живую жизнь и искусство сталинских догм, от страха и подозрительности. каждый третий из ушедших на фронт писателей – около четырехсот человек – с войны не вернулся. писатели фронтового поколения принесли в тяжелый, кровавый опыт “окопников”, они сами пережили то, что было уделом огромного числа людей, объединенных одним желанием – уничтожить врага. в послевоенной продолжается осмысление трагических событий войны, правда о войне, которую четверть века пытались вытеснить из , пришла к читателю.произведения писателей, пришедших в прямо с полей сражений, имеют большое воспитательное значение. многие герои этих книг могут служить примером мужества, бесстрашия, проявленных при выполнении своего долга перед отечеством.военная проза ю. бондарева, в.быкова, к.воробьева, б. васильева, в. кондратьева, б.васильева сурова, трагична. герои произведений часто , казалось бы, в безвыходные ситуации, когда надо сделать выбор между честью и бесчестием, чувством долга и вполне естественным стремлением человека сберечь свою, единственную жизнь.перед угрозой смерти люди ведут себя по-разному. одни мужественно, смело, поражая выдержкой и высоким чувством товарищества. другие оказываются трусами, приспособленцами. в трудную минуту резко отделяется добро ото зла, чистота от подлости, героизм от предательства.и важно, что писатели подводят своих героев к правильному выбору, проведя их через сложные испытания, показывая их духовную стойкость, силу воли.победа 1945 года, безусловно, возрождает и укрепляет оптимизм, веру в конечное торжество добра, справедливости, человечности. о войне имеет антивоенную направленность. показывая войну во всей ее сложности, в “крови, страданиях, смерти”, писатели выражают убеждение в том, что это не должно повториться.фронтовые страницы прозы сильны гуманистическим началом. им проникнуты произведения к.воробьева, в.астафьева, в.кондратьева, г.владимова. они буквально “кричат” о преступности бессмысленных жертв. едва ли найдется сейчас такая целостная система произведений, которая с редкой силой и свободой говорила бы, вопреки официальным установкам, что величайшей ценностью на земле является человеческая жизнь.

Один раз мы с Мишкой делали уроки. Мы положили перед собой тетрадки и списывали. И в это время я рассказывал Мишке про лемуров, что у них большие глаза, как стеклянные блюдечки, и что я видел фотографию лемура, как он держится за авторучку, сам маленький-маленький и ужасно симпатичный.
Потом Мишка говорит:
- Написал?
Я говорю:
- Уже.
- Ты мою тетрадку проверь, - говорит Мишка, - а я - твою.
И мы поменялись тетрадками.
И я как увидел, что Мишка написал, так сразу стал хохотать.
Гляжу, а Мишка тоже покатывается, прямо синий стал.
Я говорю:
- Ты чего, Мишка, покатываешься?
А он:
- Я покатываюсь, что ты неправильно списал! А ты чего?
Я говорю:
- А я то же самое, только про тебя. Гляди, ты написал: "Наступили мозы". Это кто такие - "мозы"?
Мишка покраснел:
- Мозы - это, наверно, морозы. А ты вот написал: "Натала зима". Это что такое?
- Да, - сказал я, - не "натала", а "настала". Ничего не попишешь, надо переписывать. Это все лемуры виноваты.
И мы стали переписывать. А когда переписали, я сказал:
- Давай задачи задавать!
- Давай, - сказал Мишка.
В это время пришел папа. Он сказал:
- Здравствуйте, товарищи студенты...
И сел к столу.
Я сказал:
- Вот, папа, послушай, какую я Мишке задам задачу: вот у меня есть два яблока, а нас трое, как разделить их среди нас поровну?
Мишка сейчас же надулся и стал думать. Папа не надулся, но тоже задумался. Они думали долго.
Я тогда сказал:
- Сдаешься, Мишка?
Мишка сказал:
- Сдаюсь!
Я сказал:
- Чтобы мы все получили поровну, надо из этих яблок сварить компот. - И стал хохотать: - Это меня тетя Мила научила!..
Мишка надулся еще больше. Тогда папа сощурил глаза и сказал:
- А раз ты такой хитрый, Денис, дай-ка я задам тебе задачу.
- Давай задавай, - сказал я.
Папа походил по комнате.
- Ну слушай, - сказал папа. - Один мальчишка учится в первом классе "В". Его семья состоит из пяти человек. Мама встает в семь часов и тратит на одевание десять минут. Зато папа чистит зубы пять минут. Бабушка ходит в магазин столько, сколько мама одевается плюс папа чистит зубы. А дедушка читает газеты, сколько бабушка ходит в магазин минус во сколько встает мама.
Когда они все вместе, они начинают будить этого мальчишку из первого класса "В". На это уходит время чтения дедушкиных газет плюс бабушкино хождение в магазин.
Когда мальчишка из первого класса "В" просыпается, он потягивается столько времени, сколько одевается мама плюс папина чистка зубов. А умывается он, сколько дедушкины газеты, деленные на бабушку. На уроки он опаздывает на столько минут, сколько потягивается плюс умывается минус мамино вставание, умноженное на папины зубы.
Спрашивается: кто же этот мальчишка из первого "В" и что ему грозит, если это будет продолжаться? Все!
Тут папа остановился посреди комнаты и стал смотреть на меня. А Мишка захохотал во все горло и стал тоже смотреть на меня. Они оба на меня смотрели и хохотали.
Я сказал:
- Я не могу сразу решить эту задачу, потому что мы еще этого не проходили.
И больше я не сказал ни слова, а вышел из комнаты, потому что я сразу догадался, что в ответе этой задачи получится лентяй и что такого скоро выгонят из школы. Я вышел из комнаты в коридор и залез за вешалку и стал думать, что если это задача про меня, то это неправда, потому что я всегда встаю довольно быстро и потягиваюсь совсем недолго, ровно столько, сколько нужно. И еще я подумал, что если папе так хочется на меня выдумывать, то я могу уйти из дома прямо на целину. Там работа всегда найдется, там люди нужны, особенно молодежь. Я там буду покорять природу, и папа приедет с делегацией на Алтай, увидит меня, и я остановлюсь на минутку, скажу:
"Здравствуй, папа", - и пойду дальше покорять.
А он скажет:
"Тебе привет от мамы..."
А я скажу:
" Как она поживает?"
А он скажет:
"Ничего".
А я скажу:
"Наверно, она забыла своего единственного сына?"
А он скажет:
"Что ты, она похудела на тридцать семь кило! Вот как скучает!"
А что я ему скажу дальше, я не успел придумать, потому что на меня упало пальто и папа вдруг прилез за вешалку. Он меня увидел и сказал:
- Ах ты, вот он где! Что у тебя за такие глаза? Неужели ты принял эту задачу на свой счет?
Он поднял пальто и повесил на место и сказал дальше:
- Я это все выдумал. Такого мальчишки и на свете-то нет, не то что в вашем классе!
И папа взял меня за руки и вытащил из-за вешалки.
Потом еще раз поглядел на меня пристально и улыбнулся:
- Надо иметь чувство юмора, - сказал он мне, и глаза у него стали веселые-веселые. - А ведь это смешная задача, правда? Ну! Засмейся!
И я засмеялся.
И он тоже.
И мы пошли в комнату.