Він уже рушив був далі, коли позад нього залунало трохи притишено, але наполегливо:
— Русо!
— Ну, сволота, тепер начувайтеся! — стиха, ледве стримуючи гнів, вимовив Жук.
— Нічого, браточки, нічого, — витираючи спітнілого лоба, озвався з кутка Янушка, колишній колгоспний бригадир, а тепер одноокий гефтлінг, оздоблений мішенями за три спроби втекти на волю.
Осяяна радістю, вона усміхається до нього чорними, мов стиглі сливи, очима й каже: "Чао, Іване!"
— Ой, хіба ж я знаю! Нікого він і не ховає, куме Грицю.
— Не ховає. Ану, Настуню, скажи: де татко ховає бандита?
— Глух, принеси соломи. Ти, Жупане, теж.
— Гей, Джуліє! — стиха покликав він.
Рассказ о том, как дед рассказчика, танцуя, наступил на заколдованное место, тут же он оказался в совсем другом месте, за гумном. Дед увидел могилы, на которых вспыхивают свечи и понял, что здесь зарыт клад. Но у него с собой не было инструментов, и отметив место, он решил вернуться позже. Однако, вернувшись сюда на следующий день с лопатой, ничего не нашел. Тогда он снова ударил ногой в то заколдованное место и перенесся. Он начал выкапывать клад, увидел в земле котел, и тут налетела нечистая сила, пытаясь помешать ему. Дед перепугался, схватил котел и кинулся бежать. По дороге его облили , а в котелке в итоге оказался один мусор. Тогда дед огородил заколдованное место, чтобы больше на него не наступать
