А.С. Пушкин (1799-1837 гг.)
«Пушкин есть явление чрезвычайное и, может быть, единственное явление русского духа», - писал Гоголь. - «В нем русская душа, русский язык, русский характер отразились в такой же чистоте, в такой очищенной красоте, в какой отражается ландшафт на выпуклой поверхности оптического стекла».
Пушкин - не просто один из наших поэтов и не просто величайший поэт. Он воспринимается как воплощение самой национальной культуры России, как важнейшая узловая точка в истории ее развития, когда русская культура впервые вышла из своих замкнутых пределов и в лице Пушкина приобрела мировое значение. В этом заключается историческое и вечное, непреходящее значение творчества Пушкина. Пушкин синтетичен. Его творчество - это завершение того пути русской литературы, на который она встала в конце XVII - начале XVIII вв.; это итог огромного пути, пройденного Россией в ее культурном развитии от эпохи Петра к эпохе Отечественной войны 1812 г.
Об этом очень метко сказал А.П. Герцен: «На призыв Петра Великого образоваться, Россия через сто лет ответила колоссальным явлением Пушкина». Пушкин не только синтезировал в своем творчестве достижения своих предшественников, от Ломоносова до Жуковского, но и открыл новую дорогу для русской литературы последующего времени: «Писать о Пушкине - значит писать о целой русской литературе, ибо как прежние писатели русские объясняют Пушкина, так и Пушкин объясняет последовавших за ним писателей». (Белинский).
В творчестве Пушкина впервые осуществился синтез многовековых национальных традиций отечественной культуры с традициями культурного опыта Запада. Пушкин впервые - на достигнутом им высочайшем эстетическом уровне - поднял русскую литературу на уровень европейских художественных национальных литератур XIX в.
Русская литература XVIII - начала XIX вв. выдвинув ряд выдающихся писателей, не могла еще стать вровень с западноевропейскими литературами прежде всего потому, что не был в необходимой мере образован самый материал искусства слова - русский литературный язык.
Пушкин образовал русский литературный язык, единый для всех родов, жанров и видов отечественной словесности. Он преодолел ограниченность языковой реформы, предложенной Карамзиным, очень многому научившись у «шишковистов». Пушкин и в этой области искал синтеза - его язык органично включил в себя и высокую торжественную традицию, идущую от церковнославянской речи, и живую русскую речь, опирающуюся непосредственно на языковую стихию. Он образовал, по словам современника «общерусский язык, равно понимаемый всеми классами» - язык, на котором заговорила вся последующая русская литература.
Объяснение:
ответ:На полотне Пушкин представлен по пояс с повёрнутой налево головой и скрещенными на груди руками. На правое плечо поэта накинут клетчатый шотландский плед — этой деталью художник обозначает связь Пушкина с Байроном, кумиром эпохи романтизма. Этот приём — реминисценцию — художник применял неоднократно. Так, в исполненных ранее портретах Швальбе и Авдулиной Кипренский цитирует Рембрандта и Леонардо да Винчи, здесь же он объединяет имена двух поэтов[3]. В глубине изображена статуя Музы с лирой.
Портрет выполнен с «предельной завершённостью», тщательной отделкой деталей, что было вообще характерно для последних лет работы Кипренского. Цветовая гамма строго уравновешена. Художник передаёт ощущение торжественной тишины, подчёркивающей значительность встречи с поэтом[4].
Пушкин написал по этому поводу стихотворение «Кипренскому». Некоторые из современников считали, что портрет верно передаёт черты лица поэта, другие критиковали работу Кипренского, который, по их мнению, не смог передать «изменчивое выражение лица», энергию, живость, свойственные Пушкину. Брюллов, по словам Шевченко, критиковал Кипренского, изобразившего Пушкина не поэтом, а «каким-то денди». Сам Брюллов предпочитал создавать образы людей искусства в момент романтического порыва, строя динамичную эффектную композицию с выразительным цветовым решением[5].
Либрович отмечает, что знавшие Пушкина считали этот портрет недостаточно передающим характерные черты «африканской породы», унаследованные поэтом от его прадеда Ганнибала, и которыми он гордился:
«Но зато работа Кипренского наиболее приближается к тому идеальному изображению, какового … ищут обыкновенно поклонники поэта»[6].
Провенанс
После смерти Дельвига Пушкин купил портрет у его вдовы, Софьи Михайловны. На последней квартире Пушкина в доме Волконской на Мойке работа Кипренского висела на видном месте. После смерти поэта картина хранилась у Н. Пушкиной, а от неё перешла к сыну Александру.
Портрет был известен по гравюре Уткина, который выполнил её также по заказу Дельвига. В 1875 году копию маслом с него сделал Н. Ге. Ещё одна живописная копия, возможно, выполненная самим Кипренским, хранилась у Павлищевых.
Ещё одна реплика, выполненная пастелью, хранилась у наследников Льва Пушкина в Болдине. С 1911 года она находилась в Пушкинском доме. В семье рассказывали, что копия создана самим Кипренским. С этой версией соглашались Н. Врангель, А. Бенуа и П. Нерадовский[7].
Объяснение:
