Спустя десять лет после переезда в Москву Сергей Есенин все же нашел возможность побывать в родном селе Константиново и встретиться со своими родными. Отец поэта к тому времени уже скончался, однако еще жива была мать и сестры, а отчий дом, покосившийся и просевший, все так же приветливо смотрел на улицу резными окнами.
Этому путешествию в поэт посвятил множество стихов, среди которых — «Возвращение на родину». написанное в 1924 году. Место, где детство поэта, стало совсем иным, и уже новое поколение мальчишек бегает по сельским улицам, хотя очень «много изменилось там, в их бедном неприглядном быте».
Открытия, которые поджидали поэта в родном селе, произвели на него странное впечатление. Есенин не смог найти свой родной дом, клен возле которого оказался срублен. А случайный прохожий, у которого он решил поинтересоваться, где же нынче живет его мать, Татьяна Есенина, оказался его собственным дедом. Эта встреча оказалась неожиданной и совсем безрадостной — «полилась печальная беседа слезами теплыми на пыльные цветы». Дед рассказал поэту о том, как изменилось село за это время, и очень сетовал на то, что вместе с новой властью пришла эра безбожия. Сестры поэта, став комсомолками, выбросили из дома все иконы. «На церкви комиссар снял крест. Теперь и богу негде сетует дед на новые порядки.
Дом, такой знакомый и любимый с детства, производит на Есенина, у которого слезы наворачиваются на глаза, не менее удручающее впечатление. «Тут разрыдаться может и корова, глядя на этот бедный уголок», — отмечает поэт. Он удивляется, что люди стали жить гораздо беднее, чем до революции, а иконы на стенах заменили портреты Ленина. Есенин понимает, что упустил в этой жизни что-то очень важное, он уже не вписывается в новое общество, которое живет по иным законам. Тем не менее, автор признается: «Но все ж готов упасть я на колени, увидев вас, любимые края».
Сестры поэта давно выросли, и теперь являются ярыми сторонницами нового порядка, для них Библией стали труды Маркса и Энгельса, хотя сам поэт признается: «Я этих книг, конечно, не читал». И ему очень смешно, что «шустрая девчонка» пытается обратить его в свою веру навязывая коммунистические идеалы, к которым поэт совершенно равнодушен. Есенин понимает, что даже в родном доме он — совершенно чужой человек, которого не ждали и не рассчитывали увидеть самые близкие люди, изменившиеся за это время и ставшие абсолютно чужими.
