за 130 задания и 131 задания. ​

Человек, написавший хорошую детскую книгу, несмотря на возраст остался в детстве, или, хотя бы не забыл его. И то, что он написал, лишено лицемерия, чувства обострены, реакции на происходящее истинны. Герой - дите увидев грязь не промолчит, как умудренный опытом взрослы ханжа. Любая взрослая жизнь во взрослых книжках - это череда интриг во имя непонятных или мерзких  целей. "Детская книга" - здесь детская не означает простая, худшего качества. Это означает чистое, честное, надежное, как в детстве бывало почти у каждого взрослого. Вот и тянет многих взрослых от повседневной мерзости в то чистое, которое они немного помнят. Но, вряд ли это приведет к чему-то хорошему. У такого взрослого после прочтения сразу появится необходимость выбора - вернуться к своим взрослым игрушкам, или стать таким, каким хотел в детстве. Выбор очевиден. И выбравший возврат во взрослое состояние будет еще несчастнее, чем до прочтения, потому что книга разбудила в нем то, что он старательно прятал от себя. Он поймет, что в детстве предал себя не осознанно, на волне жизни, плывя по течению, а сейчас предает вполне понимая что он делает. Но иначе он не может - роль, которую он примерил к себе, маска, с которой он живет не отпускают его. Вот так, примерно. 

В фольклорном образе Пугачева легко обнаруживается его историческая основа. В преданиях исторически правдиво зафиксированы основное направление борьбы — против бар-помещиков, дворян-заводчиков, царских чиновников, и социальный смысл ее — за трудовой народ и его интересы. Определяющей чертой образа является тесная связь с народом. Если «вольные люди» в своей одиночной борьбе против эксплуататоров пользуются, главным образом, моральной поддержкой трудового народа, если Ермак (и даже Степан Разин) народных преданий опираются на сравнительно небольшую количественно «вольницу» , «дружину» , то Пугачев в своих действиях опирается на значительно более широкие народные массы, которые не только морально поддерживают его, но и активно действуют сами. Пугачев — предводитель восставшего народа.