Пока Алексей приходил в себя от неожиданной встречи, Лукерья раздумывала над словами старика. Она не понимала, с чего вдруг ей должно стать плохо и зачем вываливать на неё птиц. Представила эту картину, и ей стало не по себе, даже затошнило.
- Что ты чувствуешь? – спросил Алексей у дочери.
- Ничего особенного не ощущаю Лукерья плечами. – Как только мы сюда приехали, мне показалось, что я видела сокола с человеческим лицом.
- Где видела? – воскликнул отец. – Почему мне ничего не сказала?
- Я подумала, что мне показалось, - виновато произнесла Лукерья. - Папенька, нам нужно…
- Не говори глупости, - перебил её Алексей. – Пора возвращаться. А то этот сумасшедший дед вернётся опять, и тогда в пути придётся не только дохлых птиц собирать, но и медведей, и лосей.
- А если даже и так, - сказала Лукерья, - он предупредил о чём-то важном, а ты, папенька, опять не веришь.
Алексей перекрестился, наклонился низко, коснулся холмиков и произнёс:
- Прощай Устина, прощай Васенька! Нельзя мне больше к вам.
Отвернулся и пошёл к лошади.
Лукерья задержалась. Встала опять на колени
мне, матушка! Подскажи, как победить Бобриху?
- Иди туда, куда позову, - отозвалось у неё в голове голосом Устины.
- Лукерья, - позвал её Алексей, - Ты где? Нам пора.
Девочка поднялась с колен и опять увидела старика. Он стоял за деревом и выглядывал из-за него. От страха у Лукерьи затряслись ноги, и она побежала на зов отца.
***
Бобриха зашла в сарайчик. Подожгла небольшую кучку соломы, от кучки просыпала сеном дорожку до большого стога. Вышла со двора, посмотрела на дом сына и сказала:
- Прощайте, дети мои! Не обессудьте! Коли до дома огонь дойдёт, то не вините меня. Поделом вам будет. А я вот прямо сейчас каюсь за это на всякий случай. Можете потом и мой дом занять. Я решила туда не возвращаться. Мне с Мишенькой везде хорошо будет.
Хихикнула, отвернулась и пошла вглубь леса. Остановилась. Прислонилась к дубу
- Евдокия, что делать-то дальше? Как заманить сюда девчонку?
Вдруг она увидела сокола, тот летал над её головой и приближался с каждым разом всё ближе и ближе. Бобриха стала бояться, что птица опять клюнет в голову, и испуганно попятилась обратно к дому сына. Но сокол покружился над ней и улетел.
Перепугалась Бобриха. Подошла опять к стволу, прислонила ухо к нему, позвала мысленно бабку. Тишина.
Решила спрятаться за деревом и наблюдать за домом сына. Сарай ещё не дымился.
«Успеть бы, сделать всё сегодня, - подумала она. – Главное, заманить девчонку поближе к себе, ударить её, забрать быстро камень, и тогда встречи с Мишенькой не миновать».
Бобриха от предвкушения потирала руки.
***
По пути домой птицы и, правда, падали перед лошадью. Алексей нехотя складывал их в мешок. На одном участке их было так много, что он просто вёл лошадь под уздцы и собирал. Птицы были разные: жаворонки, ласточки, синицы, сойки. Лукерья всю дорогу заливалась горькими слезами. Одна птичка сначала упала, а когда Алексей поднял её, она ожила, выпорхнула из рук Алексея и взлетела высоко. Больше птиц на пути не было. Стали двигать быстрее.
Еще задолго до прибытия домой учуяли запах дыма. Испугались не на шутку. Алексей хлестанул коня кнутом, ускорились. Возле дома увидели, что догорает сарай. По двору бегала Таисья и хваталась руками за голову, спотыкалась, падала, вставала и кричала во всё горло:
- Алёша, Алёша, где же ты? Алёш…
Алексей спешился, подбежал к Таисье, заорал ей:
- Где Бобриха?
- Неее знааююю, - взвыла испуганная женщина. - Алёша, где Лушенька?
Алексей оглянулся.
- Лукерья! – позвал он. – Иди сюда, мать зовёт!
Но девочка не откликнулась. Алексей подбежал к лошади. Посмотрел вокруг. Никого.
- Лукерья! – крикнул он.
Его затрясло. Он обежал вокруг дома, кричал во всё горло. Слышал, что и Таисья зовёт дочку.
Объяснение:
как я попал в швейную машину
однажды мама взяла меня с собой на свою роботу. она шила одежду. После экскурсии мама отвела меня возле своего кресла и начала работать. Я не заметил как заснул. Когда я проснулся не понял где я но когда осмотрелся то понял что я попал в швейную машину. Не зря мама меня учила как она работает какие механизмы и остальное. Но спустя немного времени я не нашёл ни каково выхода кроме одной двери которая так и манила меня пройти. Яне удержался и открыл её но прервала меня мама и я проснулся. вот так и получилось
