Дружба... Этим словом принято называть отношения людей, когда они готовы все сделать друг для друга: принести в жертву карьеру, жизнь, может быть, даже любовь. Но, однако, друзьями мы чаще всего называем людей, к которым просто хорошо относимся, а вот настоящих друзей в жизни каждого человека очень мало.
Очень часто люди сами лишают себя друзей: многие мужчины, например, считают дружбу с женщиной невозможной. Их любимая фраза: «Дружба между мужчиной и женщиной возможна, только от нее дети родятся...»
Но дружба — это святое. Человек сам может и не быть хорошим другом, но у него может быть настоящий друг, и, если человек не полный эгоист, если он не самодостаточен, он будет этого друга ценить, будет его беречь.
В отличие от А. Блока, я считаю, что мои отношения с друзьями действительно искренни. Именно об этих отношениях, в сравнении с отношениями Штольца и Обломова, я и хочу рассказать.
Когда мне было двенадцать лет, я училась в Художественной школе. Два раза в неделю проходили занятия. Там был очень красивый мальчик ( Илья ), и, естественно, я решила, что это моя любовь. Когда мы стали с ним общаться, я, конечно, поняла, что я ошибалась, но не во всем. Этот мальчик стал моим лучшим другом: мы читали одни книги, слушали похожую музыку, любили почти одних и тех же художников... И все же нам немного не хв'атало чего-то еще.
В той же школе я, примерно через год после описанного, начала общаться с девушкой по имени Вероника. Я позйакомила ее с Ильей, а поскольку она была почти полной моей противоположностью, и сама сблизилась с ней.
Последние четыре года мы много времени проводим вместе (втроем ), но теперь все изменилось. Илья уехал навсегда в Америку, Вероника сблизилась с другими людьми, так как учится в интернате, но, несмотря на это, мы с Ильей пишем письма друг другу, а с Вероникой видимся при каждой возможности.
Нужно сказать, что с Вероникой у меня сложились отношения, во многом похожие на отношения Обломова и Штольца, причем она в роли Обломова, а я — Штольца. Дружба Обломова и Штольца была основана на их различии. Обломов не любил что бы то ни было делать, он боялся быть таким, как все, но он был человеком умным. Единственная его беда в том, что он знал, что нужно что-то делать, но не знал, что именно.
Идея жизни — идея русской литературы. Глубочайшее, острейшее чувство жизни пронизывает все великие произведения русской литературы. Какими бы разными художниками ни были Гоголь и Лермонтов, Толстой и Достоевский, Чехов и Бунин, оно всегда ощутимо в их образах как всеобъемлющая кардинальная идея. Вспомним Наташу Ростову, “клейкие листочки” Ивана Карамазова. Именно так: “Жизнь полюбить больше, чем смысл её”. Этим завораживала русская литература весь мир. Андре Моруа писал: “...никто не подарит вам такого волшебного ощущения жизни, как русские писатели”.
то был главный завет русской классики будущему — любовное внимание и уважение к живой жизни, к человеку, природе, миру в целом. Теперь мы, кажется, можем понять, наконец, что это был не только завет, но и пророческое предчувствие катаклизмов XX столетия, предчувствие грядущих испытаний, которым подвергнутся человек и природа. Мировые войны, социальные революции, междоусобицы, военные диктатуры и деспотические режимы резко обесценили жизнь, истощили её ресурсы, обескровили и обездушили её, поставив на последнюю грань, за которой — бездна! Вот почему романы А.Платонова, Е.Замятина, В.Гроссмана и Б.Пастернака объединены острейшим переживанием живой жизни. Особенно ярко выражена идея жизни в романе Б.Пастернака «Доктор Живаго», о котором сегодня пойдёт речь.
Объяснение:
ответ дан. Удачки)
