Что бы было, если бы человек соединял в себе черты штольца и обломова

     Стихотворение написано на английском. Вот его первая строфа.
Once upon a midnight dreary,
while I pondered,weak and weary,
Over many a quaint and curious volume of forgottenlore -
While I nodded, nearly napping, suddenly there camea tapping,
As of some one gently rapping, rapping at mychamber door -'
"Tis some visiter", I muttered,
"tapping at my chamberdoor -
Only this and nothing more."
     Существуют разные переводы, наиболее известны: 
1) Перевод Д. Мережковского.
Погруженный в скорбь немую
и усталый, в ночь глухую,
Раз, когда поник в дремоте
я над книгой одного
Из забытых миром знаний,
книгой полной обаяний,
-Стук донесся, стук нежданный
в двери дома моего:
"Это путник постучался
в двери дома моего,
Только путник -больше ничего".
Эпитеты: погруженный, усталый я, скорбь немую, забытых миром, стук нежданный.
2) Перевод К. Бальмонта
Как-то в полночь, в час угрюмый, полный тягостною думой,
Над старинными томами я склонялся в полусне,
Грезам странным отдавался, - вдруг неясный звук раздался,
Будто кто-то   постучался - постучался в дверь ко мне.
"Это, верно я, - гость в полночной тишине,
Гость стучится в дверь ко мне".
Эпитеты: час угрюмый, тягостною думой, старинными томами, грезам странным, неясный звук, полночной тишине.
3) Перевод В. Брюсова 
Как-то в полночь, в час унылый, я вникал, устав, без силы,
Меж томов старинных, в строки рассужденья одного 
По отвергнутой науке и расслышал смутно звуки, 
Вдруг у двери словно стуки - стук у входа моего.
"Это - гость,- пробормотал я, - там, у входа моего,
Гость, - и больше ничего!"
Эпитеты: час унылый, томов старинных, отвергнутой науке
4) Перевод В. Бетаки 
Мрачной полночью бессонной, беспредельно утомленный. 
В книги древние вникал я и, стремясь постичь их суть
Над старинным странным томом задремал, и вдруг сквозь дрему
Стук нежданный  в двери дома мне почудился чуть-чуть,
"Это кто-то я, - хочет в гости заглянуть,
Просто в гости кто-нибудь!"
Эпитеты: мрачной  бессонной полночью, утомленный я, книги древние, старинным странным томом, стук нежданный.
5) Перевод М. Зенкевича
Как-то в полночь, в час угрюмый, утомившись от раздумий, 
Задремал я над страницей фолианта одного, 
И очнулся вдруг от звука, будто кто-то вдруг застукал,
Будто глухо так застукал в двери дома моего.
"Гость, - сказал я, - там стучится в двери дома моего,
Гость - и больше ничего".
Эпитет: час угрюмый.
     Во всех переводах присутствует глухая полночь, утомленный и усталый лирический герой, старинные книги.
     Эпитеты, как и в первоисточнике, создают мистическое настроение полусна-полуреальности и ожидания чего-то необычного и мрачного, что , как мы увидим далее, объяснимо. Это настроение подготавливает читателя к появлению говорящего ворона, который на все вопросы лирического героя отвечает: "Никогда". Ворон – выразитель его чувств и предчувствий. Из вопросов нам становятся ясны причины такого настроения, чувства потерявшего любимую героя  и понимание им безнадежности когда-нибудь встретится с ней. Даже и в загробном мире.  

А. А. Фет писал очень много стихов о природе, в которых пытался передать своё душевное состояние, мысли и чувства. Афанасия Афанасьевича посетила несчастная любовь (к Марии Лазич) и поэтому, как мне кажется, во многих стихотворениях прослеживается тоска по ней.
Читая это стихотворение, чувствуешь некоторую грусть на душе, так как описана печальная поздняя осень. Осень- время покоя, время ухода и прощания, время размышлений. Она наполнена пустотой. Складывается впечатление, что за пределами осени нет ничего кроме вечности. Но в тоже время радует то, что единственная роза не хочет отпускать тёплое время года, поэтому «веет весною» .
В названии стихотворения отражён весь сюжет. Оно адресовано самому прекрасному и божественному цветку-розе.
Осыпал лес свои вершины,
Сад обнажил своё чело.
В начале стихотворения автор показывает самую настоящую осень с олицетворения: сад обнажил, дохнул сентябрь.
Сначала Фет выражает огромное сожаление, потому что с наступлением осени пропадают яркие краски, начинаются долгие проливные дожди, кругом сырость и грязь. Тоска. Но потом он как будто случайно замечает великолепное создание-розу:
Но в дуновении мороза Между погибшими одна, Лишь ты одна, царица роза, Благоуханна и пышна. И тут он понимает, что жизнь продолжается, что цветок будет напоминать ему о солнечных днях и уносить в будущее, ближе к весне. Таким образом, происходит смена картин в стихотворении.
Поэт воздвигает розу на пьедестал, называет её царицей, считает единственной и неповторимой:
Лишь ты одна, царица роза,
Благоуханна и пышна.
Так лирический конфликт находит своё разрешение. Поэту не впасть в осеннюю хандру великолепная роза: Назло жестоким испытаньям И злобе гаснущего дня Ты очертаньем и дыханьем Весною веешь на меня.
Надеюсь