Те леса, что стоят на холмах, не леса: то волосы, поросшие на косматой голове лесного деда.
Те луга — не луга: то зеленый пояс, перепоясавший посередине круглое небо, и в верхней половине и в нижней половине прогуливается месяц.
Дитя, спавшее на руках у Катерины, вскрикнуло и пробудилось.
Хутор пана Данила между двумя горами, в узкой долине, сбегающей к Днепру.
Возле них, перед лежанкою, висит на веревках, продетых в кольцо, привинченное к потолку, люлька.
Катерина замолчала, потупивши очи в сонную воду; а ветер дергал воду рябью, и весь Днепр серебрился, как волчья шерсть середи ночи.
Глядя на них, пан Данило как будто по значкам припоминал свои схватки.
Ему весело, проснувшись середи ночи, взглянуть на высокое, засеянное звездами небо и вздрогнуть от ночного холода, принесшего свежесть козацким косточкам.
Потягиваясь и бормоча сквозь сон, закуривает он люльку и закутывается крепче в теплый кожух.
Данило! — закричала громко Катерина, ухвативши его за руку и повиснув на ней.
Вася живет по законам своего сердца, и он откликается на сердечное участие, тепло и внимание тех, кого называют “дурным обществом”. Однако социальное положение этих людей не закрывает от него их душевных качеств: искренности, простоты, доброты, стремления к справедливости. Именно здесь, в “дурном обществе”, Вася находит настоящих друзей и проходит школу истинного гуманизма.
Дружба научила Васю ставить себя на место другого человека, видеть мир глазами других людей, понимать его так же, как и они, уметь сострадать человеку, сочувствовать ему, быть терпимым по отношению к другим людям.
В заключение я хочу процитировать замечательные слова Л. Н. Толстого: “Милосердие состоит не столько в вещественной пользе, сколько в духовной поддержке. Духовная же поддержка состоит прежде всего в неосуждении ближнего и уважении к его человеческому достоинству”.
Объяснение:
