Торговые пути через казахстан

в 1801 г. на российский престол вступил император александр i. он родился в 1777 году. его отец павел петрович в это время был наследником престола, нелюбимым и презираемым своей матерью, императрицей екатериной іi. сразу же после рождения александра бабушка ваяла его под свою опеку. она надеялась вырастить из него образованного человека, идеального правителя огромной страны. после рождения своего первого внука екатерина ii поступила так, как когда-то поступила с ним елизавета петровна: она фактически отстранила его мать, марию федоровну, от воспитания ребенка. с раннего детства мальчик рос при двух дворах-конкурентах, нигде не смея обнаружить своих истинных чувств. постоянное лавирование между ними приучило александра «жить на два ума, держать две парадные » (в.ключевский), развило в нем замкнутость, недоверие к людям, осторожность. все, кто писал о личности александра, отмечали, с одной стороны, его ум, образованность, мягкую манеру поведения, эмоциональную уязвимость, личную привлекательность, большую религиозность. с другой стороны, биографы замечали в нем пассивность, способность быстро увлекаться и разочаровываться, честолюбие, тщеславие, недоверчивость, двуличность, . ничего непонятно? подрос, императрица постаралась подобрать для него хороший учителей. главную роль в формировании взглядов александра   политические взгляды александра павловича отвечали самым передовым требованиям времени. когда мальчик сыграл швейцарец ф. лагарп, приглашенный в россию и качестве его наставника. республиканец, идей французского просветительства, которого екатерина ii пригласила для воспитания любимого внука, больше всего причастен к формированию либеральных взглядов александра. впоследствии тот признает: «всем, что я знаю, и, возможно, всем, что во мне есть хорошего, я обязан лагарпу». замечание 1 именно под влиянием лагарпа еще в конце 1790-х годов наследник российского престола высказывался о возможности введения в россии конституции и народного представительства. другой наставник александра – священник а. самборский – обращал его внимание на опыт франции, считая, что революции можно предотвратить своевременными реформами. став императором, александр едва ли осознавал сложность реализации любых изменений в тогдашней россии. личностные черты и характер императора александр і был человеком разносторонне образованным, сторонником идей эпохи просвещения. к тому же он был на редкость добросовестен: на протяжении десяти лет он почти неотлучно находился возле александра, сам преподавал ему , стремясь как можно теснее связать ее с современными событиями. при каждом удобном случае лагарп внушал своему ученику ненависть к деспотизму, стремление к законности, любовь к просвещению. и хотя эти уроки носили самый общий характер, александр, привязавшийся к наставнику, увлекся его идеями.   положение изменилось, когда во франции началась революция, воплотившая в жизнь многие идеи просветителей. екатерину потрясли кровавые события революции: она резко изменила свое отношение и к просветителям, и к их идеям, а лагарп покинул россию, но, как показало время, его уроки оказали серьезное влияние на александра і. первые внутриполитические мероприятия нового императора были направлены на отмену одиозных распоряжений павла. он пообещал проводить политику «по законам и сердцу» своей бабушки екатерины ii, восстановил жалованные грамоты дворянству и , отменил запрет на выезд за границу, на европейскую одежду и , возвратил из ссылок и снял опалу со всех чиновников и офицеров, которые пострадали из-за павла. маневрируя между различными группами влияния – екатерининскими вельможами, заговорщиками, друзьями своей юности, александр i дал понять, что намерен провести серьезные реформы.

Как только договор был подписан и американский флот покинул Японию, там с невиданной раньше остротой вспыхнула внутренняя борьба. Сёгун, подписавший договор с США, подвергся яростным нападкам. Феодальные соперники току-гавского дома и поддерживающее их самурайство объявили сегуна предателем. Оппозиция использовала факт подписания договора с иностранцами для того, чтобы обвинить сегуна в слабости, трусости и вероломстве.Интересна позиция японской буржуазии. Будучи экономически влиятельной, но в политическом отношении слабой, к тому же связанной многочисленными узами с феодальным строем, буржуазия раскололась по вопросу о том, как поступить: поддержать ли сегуна с его политикой уступок иностранцам или же стать на сторону феодальной оппозиции, которая старалась изобразить себя «защитницей страны от иностранных варваров».Часть купцов, которая рассчитывала в недалеком будущем на прямые барыши от иностранной торговли, склонна была поддержать правительство. Но этот слой купечества был в Японии сравнительно невелик. Большая же часть торговых кругов относилась к этому вопросу совсем иначе. Во-первых, крупные фирмы боялись, что их господству на рынке будет нанесен серьезный удар, если в Японию хлынут иностранные товары. Во-вторых, японские банковские фирмы опасались, что в случае развития внешней торговли князья, да и сам Сёгун смогут освободиться от финансовой зависимости от этих фирм. Наконец, в-третьих, еще слабая, пусть только нарождавшаяся промышленная буржуазия все же понимала, что иностранные товары могут убить японскую мануфактуру или, во всяком случае, не дадут ей возможности развиваться.Что же касается массы рядового самурайства, то оно было в такой степени недовольно своим экономическим положением, что целиком встало на позиции осуждения внешней политики сёгуната. Оппозиция самурайства носила ярко выраженный антииностранный характер.В 1856 г. в городе Симода прибыл первый генеральный консул СИТА Гаррис. Он потребовал установления привилегий для американских купцов в Японии. Гаррис прямо угрожал японскому правительству, что если оно не подчинится, то Япониюждет участь Китая, который сопротивлялся иностранному вторжению и в результате был поставлен на колени после разорительной и тяжелой для него войны.Под давлением Гарриса феодальная Япония согласилась пойти на дальнейшее расширение торговых отношений с США, а затем и с другими державами. В 1858 г. были подписаны новые договоры, согласно которым иностранцы приобретали право торговли и экстерриториальности. Кроме двух портов Симода и Хакодатэ, в течение ближайших лет подлежали открытию порты Нагасаки, Канагава (сейчас Иокогама), Хёго (Кобэ) и другие. Иностранцам было обещано право проживать в Эдо и Осака. Кроме того, Япония потеряла права таможенной автономии. Вывоз из Японии облагали 5% пошлиной, ввоз — в зависимости от товара, но максимальное обложение составляло 35%, минимальное — 5% стоимости товара. Таким образом, ЯпоншГбыли навязаны неравноправные договоры, ставившие ее в положение зависимой страны.В Японию в большом количестве стали проникать иностранные товары. Этот приток нанес болезненный удар по японской крестьянской домашней промышленности, по ремеслу и мануфактуре. Кроме того, на основании неравноправных соглашений иностранные капиталисты получили возможность выкачивать золото из Японии, привозя в страну серебро и выгадывая на разнице в курсе. Это обострило финансовый кризис.