В 1890 году 18-летняя Матильда Кшесинская – еще никому неизвестная, но подающая больше надежды девочка, заканчивает Императорское театральное училище. По обычаю после выпускного показательного выступления Матильду и других выпускников представляют венценосной фамилии. Особенное благоволение к юному дарованию проявляет Александр III, с восторгом следящий за пируэтами и арабесками танцовщицы. Правда, Матильда была приходящей воспитанницей училища, а таким не полагалось присутствовать на праздничном банкете с членами царской семьи. Однако Александр, заметивший отсутствие хрупкой темноволосой девушки, приказал немедленно ввести ее в залу, где им и были произнесены судьбоносные слова: «Мадмуазель! Будьте украшением и славою нашего балета!»
За столом Матильду усадили рядом с цесаревичем Николаем, который, несмотря на свое положение и юный возраст (ему тогда было 22 года), не был замечен к тому времени ни в одной амурной истории, где он смог бы продемонстрировать свой пыл и темперамент. Пыл и темперамент – нет, а преданность и нежность – очень даже.
