Робота в історичним джерелом. Зі статті німецького філософа Е. Гартмана в німецькому

журналі «Гегенварт

Немає ані географічних, ані етнографічних підстав для об'єднання двох світів російського та українсько-білоруського в єдиний державний організм. Росіяни заселяють межиріччя Волги | Дону, тому для Росії є життєво важливим питання володіти цими річками на цілому їх бігу, але для Росії зовсім не є необхідним володіти Придніпров'ям - територією розселення українського та білоруського народів. Російська національна держава як за своїм національним характером, так і за географічними умовами повернута на південний схід, а не на захід. Обидві частини можуть обійтися одна без другої як за географічним, так і за торговельно-політичним розташуванням... Варто було б також створити Київське королівство в межиріччі Дніпра й Пруту, така Наддніпрянська держава з 18-мільйонним населенням мала б усі необхідні передумови для

самостійного політичного існування. Нова держава мала також отримати від Австрії гарантії недоторканності та увійти з нею до оборонного союзу. Відокремлення від Росії територій із 34 мільйонами населення остаточно покладе край її експансії на Захід

Дайте відповідь на запитання.

1. Які користь створення самостійного Київського королівства висуває автор? 2. Яку користь для себе Німеччина розраховувала мати внаслідок створення Київського королівства?

Римская армия, состоящая из ополченцев, к концу войны стала опытной и достаточно профессиональной, карфагенская же армия наемников часто показывала свою несостоятельность в частности из-за бездарности карфагенских полководцев и их неумения командовать многоязычной армией, а также из-за ненадёжности самих наёмников. Наконец, Рим показал свою готовность идти до конца и не останавливаться перед любыми жертвами ради победы. Резервы же Карфагена, опиравшегося на наёмные армии, исчерпались быстрее. Граждане склонны были идти на материальные жертвы в меньшей степени, чем римляне.

Хотя древнегреческая религия стала предметом научного интереса раньше других нехристианских религий, изученность и понимание ее до сих пор находятся в неудовлетворительном состоянии. В этой области крепко держатся некоторые укоренившиеся представления, в значительной степени односторонние или просто ошибочные.

Например, греческую религию нередко до сих пор считают "религией красоты", как определил ее еще Гегель. Эта идеализация религии древних греков основана на крайне одностороннем знакомстве с ней, главным образом по поэмам Гомера и по классическим статуям и храмам богов. В действительности же здесь налицо недоразумение. Гомеровский эпос есть несомненно высокохудожественное творение, но о религии греков, даже той самой эпохи, когда возник этот эпос, он дает лишь слабое и однобокое представление. Отношение Гомера к богам, нередко весьма непочтительное, вызывало большие сомнения у самих греков античной эпохи. Что касается классических произведений греческой скульптуры и архитектуры - статуй и храмов богов, то они действительно являются неподражаемыми образцами красоты и художественной гармонии, но они характеризуют скорее высокое развитие изобразительного искусства классической Греции, чем религиозные верования греческого народа. Статуи Фидия, Скопаса, Праксителя, храмы Иктина, Калликрата и другие творения, в сущности, так же мало дают представлений о греческой религии, как, например (если взять сравнение из другой эпохи), великие произведения Микельанджело, Рафаэля, Тициана о характере христианской религии.

Другая ограниченность в понимании греческой религии состоит в том, что ее зачастую рассматривают только со стороны мифологии. Верно, что греческая мифология богата, разнообразна, красочна, но сводить к ней всю религию или хотя бы видеть в мифологии самую характерную сторону греческой религии - большая ошибка. Обрядовая сторона этой религии, а равно ее социальное оформление, политическое значение, классовая роль представляют собой не менее важные и интересные аспекты изучения религии древних греков.

Третий предрассудок в отношении греческой религии заключается в тенденции рассматривать ее как простое продолжение и развитие гипотетической религии праиндоевропейцев. Правда, этот взгляд, идущий от основателей мифологической школы (Якоба Гримма, Макса Мюллера и др.), в настоящее время уже мало кем поддерживается в литературе. Отто Керн еще в начале XX в. вполне правильно указывал на необходимость отказаться от мнения, что греческая религия есть остаток "праиндогерманского" культа. Мыльные пузыри сравнительной мифологии лопнули. "Эллинские боги созданы в Элладе, и их понять можно только в Элладе"*, - говорил Керн.

* (О. Kern. Ueber die Anfänge der Hellenischen Religion. Berlin, 1902. S. 6-7.)

Четвертый ошибочный, обывательский взгляд на греческую религию состоит в том, что ее нередко смешивают с римской религией. Так как римляне, издавна соприкасаясь с греками, пытались сблизить их богов со своими, то с тех пор и пошла привычка говорить о "греко-римских" богах либо называть греческих богов латинскими именами. На самом деле религии античных греков и римлян были глубоко различны.