купцу то хорошо, он живет на холме в роскошном доме. в округе чистота, свежий воздух, люди в белоснежных тогах, а их покой охраняют конные и пешие патрули городской стражи. а мне пришлось остановиться в низине, где живут далеко не избранные римляне. узкие улочки без названий, одинаковые многоэтажки без номеров, гряз и смрад, вечная толчея. хорошо хоть ближе к ночи шум улицы спадает, торговцы закрывают свои лавки и перестают вынимать из тебя душу вопли зазывал. становится тихо и холодно. в гостевом доме, где я остановился, хоть и чистота, и порядок, но отопления никакого. жаровня, выданная мне дома, не особо . но я нашел выход. я пошел в термы. куда же еще податься усталому путнику, чтобы отогреть свои косточки.
в термах, я боюсь признаться, но рот у меня не закрывался от удивления и восхищения. как будто я попал во дворец. величие и роскошь царили по всюду. статуи украшали ниши в стенах, потолки главного зала перед входом с трудом можно было рассмотреть вверху. в самих термах приятное тепло от стен и пола, горячий мрамор палатей, освежающая прохлада бассейна. можно я буду жить в бане?
я даже решил отправиться на прогулку и посмотреть центральную часть города. честно признаюсь, такого величия я не видел никогда и нигде. глядя на многочисленные храмы, монументальные дворцы, гигантские колонны, обелиски и статуи императоров, чувствуешь себя мелкой букашкой, червем под ногами настоящих колоссов, сильных мира сего.
самое большое восхищение вызвал у меня пантеон, храм всех богов. его только что построили пару лет назад, правда построили уже в третий раз. («марк агриппа, сын луция, избранный консулом в третий раз, воздвиг это»). пантеон уникален. даже с моими неглубокими познаниями в архитектуре, я понял, что это настоящий шедевр архитектурной мысли. кирпично-бетонная ротонда пантеона перекрыта огромным полусферическим куполом диаметром почти 100 локтей (более 43 м). купол со стенами образует единую оболочку. к основному объёму храма примыкают ниши, отделенные от центрального зала коринфскими колоннами.
Одним из фундаментальных факторов, определяющих политическую ситуацию в России накануне предстоящих парламентских выборов, равно как и на протяжении всего реформенного десятилетия, является так называемый «раскол демократов» - размежевание двух реформистских платформ в демократическом движении, произошедшее еще в первой половине 1990-х, а во второй оформившееся в сосуществование двух политических структур («Яблока» и Союза правых сил), опирающихся на примерно одинаковые по численности (5-8%) и политически недостаточные электоральные базы.Считается, что раскол этот в значительной мере предопределил слабую поддержку реформ, их компромиссный характер, а соответственно, во многом - и всю траекторию политических катаклизмов 1990-х годов. Вопрос об «объединении демократов» неизменно дебатируется в начале каждой избирательной кампании (в 1995, 1999, 2003 годах) и столь же неизменно решается отрицательно. Считается, что в значительной мере такое положение дел есть результат обстоятельств субъективных - личной неприязни лидеров. Более глубокий взгляд отмечает и принципиально разное отношение к президенту Ельцину на протяжении 1990-х, а также тот факт, что в проекции на традиционные европейские политические реалии движение Явлинского может быть скорее ассоциировано с социал-демократией, в то время как партия Гайдара-Чубайса - с движениями праволиберального толка.Однако явление это имеет столь принципиальное значение для понимания судеб русской демократической революции, что требует, кажется, более подробного анализа в контексте тех конфликтов и идейных антитез, которые предопределили эволюцию русского демократического движения на протяжении послереволюционного десятилетия.
