Пётр I начал знакомиться с проблемами внешней политики России не позднее декабря 1687 г., когда по свидетельству шведского резидента в Москве Христофора фон Кохена глава Посольского приказа В. В. Голицын начал докладывать Петру I о важнейших делах. С июня 1690 года почтмейстер А. А. Виниус составлял для Петра I краткие выписки из курантов (обзоров иностранной прессы). С этого времени царь стал регулярно следить за изменениями политической ситуации в Европе и средиземноморском регионе, где государства Священной лиги вели войну с Османской империей.[1] Однако личное влияние Петра I стало заметно в российской внешней политике только после смерти в 1694 году его матери Н. К. Нарышкиной.
Пётр I начал знакомиться с проблемами внешней политики России не позднее декабря 1687 г., когда по свидетельству шведского резидента в Москве Христофора фон Кохена глава Посольского приказа В. В. Голицын начал докладывать Петру I о важнейших делах. С июня 1690 года почтмейстер А. А. Виниус составлял для Петра I краткие выписки из курантов (обзоров иностранной прессы). С этого времени царь стал регулярно следить за изменениями политической ситуации в Европе и средиземноморском регионе, где государства Священной лиги вели войну с Османской империей.[1] Однако личное влияние Петра I стало заметно в российской внешней политике только после смерти в 1694 году его матери Н. К. Нарышкиной.
