В самом начале 19 века духовная школа была реформирована. Духовное образование затем еще несколько раз подвергалось реформам, но все последующие уже не имели такого принципиального значения, - строй духовного образования, каким он сложился в начале 19 века оставался в основных своих чертах неизменным до революции, до крушения старой Российской Империи. Что же было реформировано?
Прежняя духовная школа была единой школой, которая давала полное образование. Иначе говоря, не было разделения на образование среднее и высшее. В нее были включены даже элементы начального, низшего образования. Так что cеминария и академия, какими они были в 18-м столетии, отличались не тем, что академия выстраивалась над семинарией, но обозначение духовных школ академией было просто свидетельством ее высокого ранга, а классы были одни и те же, с теми же самыми названиями, что в семинарии. Одни и те же учебные планы, принципиально одни и те же программы. Конечно, в академиях были лучшие педагогические, ученые силы, поэтому уровень образования в Киевской и Московской духовных академиях, был, естественно, выше, чем в провинциальных семинариях. В 1808 году училищная комиссия, в которую входили как государственные сановники: статс-секретарь Сперанский, обер-прокурор Святейшего Синода князь Голицын, так и другие высокопоставленные иерархи: митрополит Амвросий (Подобедов), который тогда был первенствующим членом Синода, митрополит Платон, архиепископ Феофилакт (Русанов), - эта комиссия выработала проект нового устройства системы духовного образования. Оно было разделено на несколько ступеней: приходское училище, дающее начальное образование, затем духовное училище (образование, которое оно давало, можно назвать неполным средним), затем духовные семинарии и наконец духовные академии. По сути дела, учебные планы и программы старых семинарий и академий одинаково были признанными, достаточными или более-менее соответствующими тому, что стало тогда средним богословским образованием или семинарским, а уже академическое образование должно было выстраиваться над ним. В результате этого в реформированные духовные академии могли поступать только те, кто это полное образование получил. Этот опыт было решено воплотить в жизнь (начиная с 1809 года) в Петербургской академии, и уже в 1814 году успехи были очевидными. Надо сказать, что учебные планы и программы духовных академий, новых, реформированных академий, ориентировались отчасти на новые европейские богословские факультеты, в особенно Германии, в то время, как строй образования нашей старой семинарии 18-го столетия, (он таким же был и в академии) все таки оставался более связан с католическими школами эпохи контрреформации.При решении вопроса о характере духовного образования и необходимых изменениях ставилась такая актуальная проблема, как язык преподавания. Хотя, были и сторонники перехода на русский язык в обучении, но все-таки большинство членов комиссии сочли тогда такой шаг слишком радикальным. Митрополит Платон, в частности, отстаивал необходимость сохранения преподавания на латинском языке. Тем не менее, хотя решение о переходе на русский язык обучения принято не было, когда разрабатывалась реформа, путь к такому постепенном переходу на русский язык был открыт, и фактически в 20-30 годы этот переход был осуществлен. С тех пор латинский язык оставался языком, которому обучали, которому придавалось немалое значение, но само преподавание велось уже на русском.
