Основна мета гладіаторських боїв ​

Поэзия 1920-х годов.
В 1920-е годы традиции реалистического искусства продолжали поддерживать многие поэты, но уже основываясь на новой, революционной тематике и идеологии. Д. Бедный (наст. Ефим Придворов) был автором многих агитационных стихов, ставших, подобно «Пруводам», песнями, частушками.

Революционно-романтическая поэзия в 1920-х — начале 1930-х годов была представлена Н. Тихоновым (сборники «Орда» и «Брага» — оба датируются 1922 годом) и Э. Багрицким — автором искренней лирики и поэмы «Смерть пионерки» (1932). Оба эти поэта в центр лирической и лиро-эпической исповеди поставили активного, мужественного героя, простого, открытого, думающего не только о себе, но и о других, обо всем угнетенном, жаждущем свободы в мире.

Эстафету из рук старших товарищей — певцов героики — приняли комсомольские поэты А. Безыменский, A. Жаров, И. Уткин, М. Светлов — романтики, смотрящие на мир глазами победителей, стремящиеся подарить ему свободу, создавшие «героико-романтический миф о Гражданской войне» (В. Мусатов).

Поэма как жанр давала мастерам возможность расширить образное познание действительности и создать сложные драматические характеры. В 1920-е годы были написаны поэмы «Хорошо! » (1927) В. Маяковского, «Анна Онегина» (1924) С. Есенина, «Девятьсот пятый год» (1925—1926) Б. Пастернака, «Семен Проскаков» (1928) Н. Асеева, «Дума про Опанаса» (1926) Э. Багрицкого. В этих произведениях жизнь показана более многогранно, чем в лирике, герои — психологически сложные натуры, часто стоящие перед выбором: как поступить в экстремальной ситуации. В поэме В. Маяковского «Хорошо! » герой отдает все «голодной стране», которую «полуживую вынянчил», радуется каждому, даже незначительному, успеху советской власти в социалистическом строительстве.

Творчество продолжателей традиций модернистского искусства — А. Блока, Н. Гумилева, А. Ахматовой, С. Есенина, Б. Пастернака и других — представляло собой синтез старого и нового, традиционного и новаторского, реалистического и модернистского, оно отразило сложность и драматизм переходной эпохи.

Кокандская автономия соз­да­на 26-29 ноября (9-12 декабря). 1917 года 4-м Чрез­вы­чай­ным крае­вым му­сульманским съез­дом в Ко­кан­де по ини­циа­ти­ве му­сульманских ор­га­ни­за­ций «Шу­ра-и-Уле­мия» и «Шу­ра-и-Ис­ла­мия» с це­лью не­до­пу­ще­ния ре­во­люционных пре­об­ра­зо­ва­ний, на­ча­тых пра­ви­тель­ст­вом Тур­ке­стан­ской со­вет­ской рес­пуб­ли­ки (ТСР), со­хра­не­ния фео­даль­но-бай­ско­го зем­ле­вла­де­ния, норм ша­риа­та, а так­же с це­лью от­де­ле­ния Тур­ке­ста­на от Советской Рос­сии и вос­ста­нов­ле­ния Ко­канд­ско­го хан­ст­ва. За­ко­но­дательная власть в Кокандской автономии осу­ще­ст­в­лял из­бран­ный съез­дом Тур­ке­стан­ский временный со­вет в со­ста­ве 54 человека, ис­пол­ни­тель­ную - Тур­кестан­ское ав­то­ном­ное пра­ви­тель­ст­во, воз­глав­ляе­мое М. Ты­ныш­пае­вым, за­тем М. Чо­кае­вым.

Ру­ко­во­дство Кокандской автономии дос­тиг­ло со­гла­ше­ния о со­вме­ст­ных дей­ст­ви­ях с бу­хар­ским эми­ром, хи­вин­ским ха­ном, ата­ма­ном А.И. Ду­то­вым и на­цио­на­ли­стической организаци­ей «Алаш». Ак­тив­ную под­держ­ку Кокандской автономии ока­за­ло британское пра­ви­тель­ст­во, на­пра­вив­шее в Ко­канд во­енных со­вет­ни­ков и ору­жие. В кон­це января 1918 года воо­ружённые си­лы Кокандской автономии под ко­мандованием Ир­га­ша на­ча­ли бое­вые дей­ст­вия про­тив ТСР. 6-9(19-22) февраля 1918 года вой­ска Ир­га­ша бы­ли раз­би­ты от­ря­да­ми Крас­ной гвар­дии, по­сле че­го часть ру­ко­во­дства Кокандской автономии бы­ла аре­сто­ва­на, дру­гие - бе­жа­ли.

Объяснение:

вот это тебе надо?