XVII в. – век становления рационализма. XVIII – век Просвещения, когда рационалистические парадигмы культуры получили свой более конкретный социальный адрес: они стали опорой«третьего сословия» в его сначала идейной, а затем и политической борьбе с феодальным, абсолютистским строем.
Вольтер и Руссо во Франции, Гете и Шиллер в Германии, Юм в Англии, Ломоносов и Радищев в России – все великие просветители–гуманисты XVIII столетия выступали как убежденные сторонники и защитники человеческой свободы, широкого и универсального развития личности, непримиримые противники рабства и деспотизма. Во Франции, где противоречия общественной жизни переживались особенно остро, идеология Просвещения, материалистическая и атеистическая по преимуществу, стала теоретической, духовной предпосылкой великой революции 1789–1793 гг., а затем начавшегося широкого реформистского движения на континенте. Десятилетием ранее на идеях Просвещения создавалось государство Северо–Американских Соединенных Штатов.
Американская война за независимость, французская политическая революция и промышленная революция в Англии подвели «итог» длительному, напряженному общеевропейскому развитию со времен Реформации. Таким итогом было образование современного типа общества – промышленной цивилизации. Нарушалась не только феодальная, натуральная система хозяйства. «Ломалось» присущее ему сознание – раболепие вассала перед «синьором» и «сюзереном», хотя в этой ломке рождалось не только «высокое», но и «низкое» (термины заимствованы из «Феноменологии духа» Гегеля) сознание эпохи – цинизм и нигилизм тех общественных слоев и классов, которые воспринимали происходящее лишь как кризис и разложение и сами не были к социальному творчеству.
Понять XVIII в. – значит постичь его контрасты и парадоксы. Утонченность, изящество классицизма, великолепие Лувра и Версаля, величие Прадо и Вестминстерского аббатства соседствовали с суевериями, темнотой и неграмотностью масс, с бесправием и нищетой крестьянства, с деградацией и одичанием городских люмпенов. Блеск и нищета еще больше усиливали и оттеняли друг друга.
Моральный кризис охватил и «образованные» слои общества. Классическим памятником пышной и помпезной эпохи Людовика XV стал герой знаменитого диалога Дидро «Племянник Рамо» – предтеча будущих нигилистов и ницшеанцев (Диалог написан в 1762 г. Его персонаж – реальное лицо, племянник известного французского композитора). В образе незаурядного, но безнравственного циника и авантюриста автор диалога вывел тип человека, не нашедшего себя в своем времени, а потому социально опасного.
