В конце 1810 года, после аннексии городов Ганзы и Герцогства Ольденбург, Наполеоновская империя достигла своего территориального пика. Она простирался на площади 750 000 км2 и насчитывала 44 миллиона жителей. В марте 1811 года Мария Луиза родила наследника. Династия оказалась надежной. Тем не менее, под очевидной стабильностью были признаки кризиса. Воинская повинность и финансовое давление продолжали вызывать возмущение и увеличивать непопулярность Наполеона. Аналогичным образом Континентальная блокада стимулировала большую оппозицию и по-прежнему подвергалась сомнению. Оккупация Рима и, в частности, изгнание Папы Пия VII в 1809 году, наполнили Наполеона горькой враждебностью набожных католиков по всей Европе. Во Франции также наблюдались признаки усталости с текущими требованиями войны, и надвигался общий кризис. Бюджетные дефициты и увеличение налогов вызвали недовольство, а спад в 1810-11 годах повредил промышленность. Континентальная блокада значительно повредила порты Франции и вызвала нехватку сырья из колоний, что нанесло ущерб промышленникам. Нехватка зерна вызвала бурные беспорядки, и несчастье распространилось по многим частям. Французские католики разделяли гнев других верных верующих. Наполеон терял поддержку среди знатных людей, его основной опоры, хотя оппозиция была немой.
Стремление Наполеона к власти привело к вершине его империи, но и к ее концу. Его усилия по раздавлению Великобритании и расширению Французской империи заставили его совершить три большие ошибки. В 1806 году Наполеон организовал блокаду для остальных европейских стран. В ответ на французскую блокаду британцы сделали свою собственную блокаду, которая была более эффективной, чем французская.
Еще одна важная ошибка – попытка Наполеона завоевать Португалию через Испанию. Испанцы начали партизанскую войну, которая вдохновила другие националистические идеи в других колониях. В 1812 году Наполеон пытался вторгнуться в Россию. Когда началась зима, русская армия напала на французов. Этот и другие факторы уменьшили количество солдат Великой армии с 420000 до 10000.
Воспользовавшись своей слабостью, Великобритания, Россия, Пруссия, Австрия и Швеция объединили свои силы и объявили войну Франции. Хотя Наполеону удалось создать армию, он был слишком слабым, и Франция проиграла войну.
К 1453 году империя уменьшилась до Пелопоннеса и окраин Константинополя и больше не могла противостоять растущей мощи Османской империи. Начиная с Баязида I османские султаны несколько раз осаждали или блокировали Константинополь (в 1393—1394 годах, в 1394—1402 годах, в 1411 году, в 1422 году). Они не достигли успеха в захвате города, однако завоеваниями добились контроля над большей частью Балкан. Последняя осада началась в апреле 1453 года. Несмотря на многочисленные обращения ромеев к Западу, на императору Константину прибыл лишь небольшой итальянский контингент. В совокупности с пятью тысячами ромеев общее число защитников Константинополя достигало семи или восьми тысяч человек. Османская армия значительно превосходила их численностью: у Мехмеда II было около восьмидесяти тысяч солдат и более чем сто двадцать кораблей. 29 мая 1453 года после двух месяцев сопротивления Константинополь пал. Последний византийский император Константин XI Драгаш погиб в битве. Торжествующий Мехмед II въехал в поверженный и разграбленный город, в память о захвате которого он получил прозвище Фатих (Завоеватель), и сделал Константинополь новой столицей своей империи.
Победа обеспечила османам господство в бассейне Восточного Средиземноморья. Город оставался столицей Османской империи вплоть до её распада в 1923 году.
Падение Константинополя оказало глубокое влияние на весь мир, особенно на Запад.
Несмотря на политический упадок, в последние годы существования империя переживала глубокое культурное возрождение, основные представители которого, такие как Виссарион Никейский или Мануил Хрисолор, эмигрировали в Европу.
Падение Константинополя, «второго Рима», породила концепцию преемственности — Третьего Рима (в том числе и концепцию Москва — третий Рим).
Многие историки, в том числе Ж. Мишле, полагали, что падение Константинополя представляет собой конец Средневековья и начало Возрождения. Однако эта точка зрения все чаще оспаривается современными историками, которые рассматривают падение Константинополя лишь как шаг в процессе преобразования из греческого мира в латинский, ведущего к эпохе Возрождения.
