До принятия мировых религий — ислама, христианства и буддизма, тюрки имели древнюю религию – тенгрианство.
Тенгрианство — религия, основанная на вере в Создателя, предположительно возникла в конце II — начале I тыс. до н.э., но не позднее V-III вв. до н.э. Его сближают с хуннуским ченли («небо»), существуют и более широкие параллели с китайским Тянь, шумерским Дингир, «небо». Полного согласия среди ученых в понимании сущности тенгрианства пока не сложилось. Часть исследователей пришли к выводу, что это вероучение приняло форму законченной концепции с онтологией (учение о едином божестве), космологией (концепция трех миров с возможностями взаимного общения), мифологией и демонологией (различение духов-предков от духов природы) к XII-XIII вв.. В то же время в одном из древних рукописных источников сообщается, что к 165 г. до н.э. тюрки уже обладали полностью сложившейся религией с развитым каноном, во многом близким буддийскому, завещанному индийским царем Канишкой, от которого берет начало ветвь буддизма, получившая самостоятельное развитие и оформившаяся как тенгрианство. Часть исследователей настаивает на том, что системного письменного изложения теологической доктрины тенгрианство не оформило и имело небольшой по количеству священный реквизит, благодаря простоте и ясности которого просуществовало несколько тысяч лет в устойчивых формах религиозного ритуала и практики. В то же время другая часть исследователей заявляют о наличии главной священной книги тенгриан — «Псалтырь» (тюрк. — «венец алтаря»), содержащей тенгрианский канон — обычаи, обряды и правила, по которым надлежало обращаться к Богу.
Объяснение:
Статья посвящена анализу ситуации, сложившейся вокруг финляндского во в 1830-1831 гг. Основное внимание уделено выявлению социально-политических причин, изучению событий европейской жизни и явлений истории Великого княжества Финляндского, которые повлекли актуализацию финляндской политики самодержавия в начале 1830-х гг. В центре во о том, какими мотивами руководствовался Николай I, в столь сложный для России момент обращая особое внимание на Финляндию. В статье продемонстрировано, что европейские потрясения 1830 г. и развернувшаяся в связи с ними «информационная война» заставили верховную власть выдвинуть на первый план задачи охранения основ существующей имперской системы. Изучена практика контрпропагандистского противодействия идейной интервенции Запада и показаны механизмы целевого воздействия на общественное мнение Европы и Финляндии. В качестве основного источника использована «Статья о Финляндии 1831 г. с поправками Николая I», созданная по инициативе императора и высочайшую цензуру, в которой нашли отражение процессы формирования идеологического противостояния Западу.
