Шейбанид Махмуд-Ходжа, вытесненный из Восточного Дешт-и-Кыпчака ханом Ак Орды Бараком, бежал в Западную Сибирь, где в начале 20-х гг. XV в. при поддержке мангытов был провозглашен ханом.
В 1428 г. Абулхаир выступил походом в Туру и захватил город. В 1430 г. в сражении у берегов Тобола Абулхаир разгромил войска Махмуда-Ходжи и территория Западной Сибири вошли в подданство ханства Абулхаира.
В 1468 г. после смерти Абулхаира большая часть территории Западной Сибири перешла к шейбаниду И бак-хану. Вместе с ногайскими мурзами Мусой и Ямгурчи, правнуками Едыге, Ибак хан вступил в коалицию с ханами Жанибеком и Кереем против преемника Абулхаира Шайх-Хайдара. Убив Шайх-Хайдара, Ибак-хан осадил укрывшегося в Астрахани Мухаммеда Шейбани, но последнему удалось бежать из крепости.
При Ибак-хане были установлены связи Западной Сибири с Русским государством. В 1481 и 1483 гг. Ибак-хан заключил договор о дружбе и союзе, установил торговое соглашение с Россией при князе Василий III. В 1495 г. в результате усиления междоусобицы Ибак-хан был убит и на ханский престол провозглашен тайбугинец Мухаммед. После смерти Мухаммед хана управление оставалось в руках тайбугинцев.
В начале XVI в. территория Западной Сибири была разделена между Русским государством и Казахским ханством.
Тиберий стремился, насколько это было в его силах, сохранить систему Августа, продолжить его политический курс и наладить с римским сенатом партнёрские отношения. Нарастание авторитарных тенденций происходило без его активного участия и даже помимо его воли: решающую роль здесь играли сложившиеся неудачно для Тиберия отношения с римской аристократией и влияние близких к нему лиц, в первую очередь Сеяна. Но свой принципат Август создавал для себя и под себя; его более чем 40летнее правление создало традицию, на которую Тиберий мог и пытался опереться, как оказалось, не всегда удачно.
Политические процессы при Тиберии, в ходе которых будто бы пострадали невиновные, были направлены против опасных заговоров, от которых всякая власть вправе защищаться. К чести Тиберия надо сказать, что защищался он строго в рамках римских законов. К тому же Тацит преувеличил данные о терроре, реальное число процессов не было столь велико.
