Выскажите суждение, почему немецкой принцессе Софии Ангальт-Цербтской не только удалось взойти на русский престол, но и властвовать в Российской Империи 34 года, войти в историю под именем Екатерины Великой?

Держава Карла Великого не надолго пережила своего первого императора. Приближение распада чувствуется уже в последние годы Карла. Разложение империи быстро прогрессирует в царствование Людовика Благочестивого. Людовик делит империю между сыновьями, сохраняя за собой верховную власть. Сыновья начинают войну против отца. После его смерти (840 г.) они воюют между собой. Карл Лысый и Людовик Немецкий заключили в Страсбурге договор против старшего брата Лотаря, к которому перешла императорская корона, и который хотел на деле осуществить свои императорские права. Страсбургская присяга — это первый дипломатический документ, составленный не по-латыни и не по-гречески, а по-немецки и по-французски (романски). Лотарь пошел на уступки, и в 843 г. в Вердене был заключен знаменитый договор о разделе империи между тремя братьями. Формально признавалось существование империи, или, вернее, сохранялся императорский титул, который достался старшему — Лотарю. Но земли империи были разделены на три части линиями, идущими с севера на юг. Запад — «королевство западных франков», то что потом стало называться Францией, — получил Карл, восток — «королевство восточных франков», которое потом стало называться Германией, — получил Людовик, Лотарю досталась часть между владениями Карла и Людовика, обширная полоса земель от устья Рейна до устья Роны, и Италия. Раздел был совершен чисто механически и очень неудачно. Особенно это относится к части Лотаря, заключавшей в себе страны богатые, плодородные и населенные, но разноязычные, с разными экономическими и политическими связями. Эта часть была легкой приманкой для соседей, и ее слишком трудно было защищать. За Верденским договором последовали новые столкновения и новые договоры.

Книжно-иллюстративная выставка "Варяги и образование Древнерусского государства" из цикла "Трудные вопросы истории” освещает известную дискуссию о роли варягов в становлении древнерусской государственности, поднятую еще в XVIII веке в Петербургской Академии наук. Эта дискуссия, также известная как «варяжский вопрос», на всех этапах своего существования связывалась со многими политическими и национальными проблемами. Цель выставки – показать развитие «варяжского вопроса», главным образом, в отечественной историографии, дореволюционной, советской и российской.

Лаврентьевская летопись сообщает, что в 862 г. чудь, славяне, кривичи обратились к норманнам (варягам, как их называли на Руси): «Земля наша велика и обильна, а наряда (порядка) в ней нет. Приходите княжить и владеть нами». По приглашению прибыли три князя: Рюрик, Синеус и Трувор со своими родами. Рюрик сел в Новгороде, Синеус - на Белоозере, Трувор - в Изборске.

Летописная версия уже в XVIII в. стала предметом ожесточенной дискуссии между немецкими учеными – российскими академиками (Г.З. Байером, Г.Ф. Миллером, А.Л. Шлецером) и М.В. Ломоносовым. В спорах родилась целая «норманнская проблема», которая на протяжении последующих двух столетий зачастую становилась объектом ожесточенной идеологической борьбы. Одни авторы отрицали восточных славян к созданию собственной государственности, другие – пренебрегали ролью варягов в отечественной истории. Фактически «варяжский вопрос» заключался в оценке степени участия скандинавов в формировании Древнерусского государства. В большей или меньшей степени «норманистами» являлись Н.М. Карамзин, М.П. Погодин, В.О. Ключевский. С.М. Соловьев не отрицал призвания варяжских князей на Русь, но отказывался видеть в этом неразвитость славян. В.О. Ключевский утверждал, что из Киева, а не из Новгорода пошло политическое объединение славянских племен.

Противниками норманистов выступили некоторые дворянские и буржуазные историки. Среди них Д.И. Иловайский, С.А. Гедеонов, В.Г. Васильевский и др. Немало было сделано попыток представить цельную картину этой научной полемики, но, несомненно лучшим и до сих пор остается обзор В.М. Мошина, опубликованный в 1931 г. в пражском журнале «Slavia». Эта работа представлена на нашей книжной экспозиции. «Варяжский вопрос» включает в себя кроме факта призвания варягов на Русь, вопрос о географической привязке древнейшей родины племени «русь», лингвистические толкования имен «русь» и «варяги», наконец, вопрос о хронологии: одни верят летописи, другие предполагают более раннее появление племени «русь» в Восточной Европе.

Еще в 1939 г. Е.А. Рыдзевская высказалась о необходимости преодолеть столь явное противопоставление норманизма и антинорманизма и учесть сильные и слабые стороны обоих течений в историографии. В советской историографии большой вклад в изучение этой проблемы внесла школа Б.Д. Грекова, сделавшая упор на изучение внутренних факторов и разработавшая концепцию классового общества и государства в восточнославянских землях. Формирование Древнерусского государства рассматривалось исследователями как результат многовекового процесса социально-экономического развития восточнославянского общества, протекавшего на огромном пространстве от Ладоги до низовьев Днепра, и от Карпат до бассейна Оки и Нижней Волги. Совершенно очевидным при этом становится тот факт, что радикальные социально-экономические изменения на столь огромной территории не могли быть результатом деятельности отрядов чужеземных пришельцев-завоевателей. Формирование нового подхода к варяжской проблеме в отечественной науке связано с именем В.Т. Пашуто. Анализ письменных источников, который провел Пашуто, позволил выработать тот взгляд на варягов, которого придерживаются большинство современных исследователей. Древняя Русь этнически неоднородное государство, выросшее из конфедерации 14 земель-княжений, возглавляемых славянской знатью. В летописном делении Руси на «верховную» (с центром в Новгороде) и «низовую» (с центром в Киеве) просматриваются следы союзов земель Южной и Северной Руси. Варяжские князья правили от имени давших им власть славянских мужей, а варяжские дружины были лишь из слагаемых рати, в которой преобладали славянские воины. В письменных источниках, по мнению Пашуто, нет данных ни о завоевании Руси норманнами, ни о ее колонизации.