Объяснение:
Реформирование японской экономики в послевоенный период осуществлялось при активном вмешательстве США и под контролем оккупационной администрации, возглавляемой генералом Дугласом Макартуром, формально подчинявшимся международной Дальневосточной комиссии в Вашингтоне и Союзному Совету в Токио, но фактически несшим ответственность перед президентом и конгрессом США. В первые же месяцы оккупации обнаружилось, что нельзя оставлять экономику во власти старой элиты - правительственного аппарата и поддерживавших его промышленного и торгового капитала, местных властей саботировавшей действия оккупационных властей. Одной конверсии военной промышленности оказалось мало, необходимо было разрушить монополистические связи в экономике, создать институт свободных предпринимателей, обеспечить защиту рыночной конкуренции. Для этого - провести массовое перераспределение прав собственности: продумать найти исполнителей, разработать юридическую базу и обеспечить её принятие. Всё это оккупационная администрация взяла на себя, полагаясь на групп американских экспертов, приезжавших в Японию (миссии Эдвардса, Дрейпера, Янга, Доджа, Щоупа).
ответ: Смотри,почитай это и может найдёшь ответ на свой вопрос
Объяснение:
Правозащи́тное движе́ние — часть диссидентского движения в СССР, сосредоточенная прежде всего на отстаивании гражданских прав и свобод граждан, гарантированных Конституцией СССР (свобода слова, печати, демонстраций, ассоциаций и др.)[1][2], вне зависимости от их принадлежности к каким-либо социальным, национальным или мировоззренческим группам (в отличие от других фракций диссидентского движения, отстаивавших те или иные социально-политические проекты — монархический или левосоциалистический, требовавших самоопределения и отделения отдельных территорий и др.). Под правозащитной деятельностью, главным образом, понималась деятельность, направленная в защиту прав других людей высказывать собственное мнение и жить по своему усмотрению, даже если это мнение и этот образ жизни не совпадают с мнениями и образом жизни самих правозащитников.
Как писала в 1997 году Лариса Богораз, точной разницы между «диссидентами» и «правозащитниками» не знают «ни те, кого общественная молва называет диссидентами, ни профессионалы-историки, занимающиеся этим вопросом». Первый историограф российского диссидентства Людмила Алексеева назвала свою книгу «История инакомыслия в СССР», а история правозащитного движения занимает в ней лишь одну из глав, наряду с национальными движениями, религиозным и политическим диссидентством[3].
В рамках исследовательской программы, начатой в конце 1990 г. НИПЦ «Мемориал» для изучения истории диссидентской активности и правозащитного движения в СССР, была определена та особая роль, которую внутри диссидентского мира сыграло правозащитное движение, — оно смогло объединить дотоле разрозненные проявления независимой гражданской и культурной инициативы в единое целое. Правозащитники создали единое информационное поле, поддерживавшееся самой диссидентской активностью, что радикально отличало ситуацию 1960-х — 1980-х от разрозненных попыток создать политическое подполье в 1950-е гг. С середины 1960-х по начало 1980-х гг.) данное направление независимой гражданской активности абсолютно доминировало на общественной сцене[4].
По словам главы Московской Хельсинкской группы Людмилы Алексеевой, к 2013 году она единственная из правозащитников имела двойное гражданство[5].
