Казачество — это категория служилых людей в Сибири конца ХVI — XVIII в. На первом этапе русской колонизации Приенисейского края они с членами семей в 1710 г. составляли 32,8 % русских (более 9 тыс. человек обоего пола).
По штатам до подушной ревизии 1722—1724 гг., казаки являлись самой крупной группой во всей Восточной Сибири, численность их насчитывала 1559 человек — так называемых верстанных. Их занятия и социальное положение были во многом противоречивыми. Служилые люди, как тогда называли казаков, одновременно являлись и воинами, и чиновниками, и работными людьми. Они бились, не щадя жизни, на стенах острогов, несли караульную службу, «тайгами и степными сакмами» ходили походами на «немирные землицы», собирали ясак, по году маялись на гарнизонной службе в отдаленных острожках, часто бывали в дальних приграничных дозорах и караулах. Годовальщики вместе с посадскими казаками на городском торгу и по уездным заставам собирали таможенные пошлины с проезжих и местных торговых людей, в качестве приказчиков надзирали за пашенными крестьянами, отводили поселенцам пахотные и сенокосные угодья. Казакам приходилось сидеть в воеводской канцелярии писчиками, счетчиками товарной и денежной казны, толмачами, быть у оценки пушной казны, закупать для казенных нужд различные припасы и хлебный провиант, отвозить собранные деньги и пушнину в Москву, конвоировать ссыльных и ловить беглых. Нередко они откладывали в сторону пищаль, копье и саблю и брались за топор, тесло или весло, чтобы обновить или заново срубить городские укрепления, навести мосты, изладить дощаники, карбасы, паузки и лодки, сплавить лес, соль или хлеб.
Им же приходилось обслуживать казенные мельницы, кузни, городские часы, проезжие ворота, настенную артиллерию и выполнять другие службы. За все это шло скудное государево жалованье. Пешему казаку в год полагалось 5 рублей денег, чуть больше 1,5 пудов соли и по 40 пудов ржи и овса. Конному казаку выдавали на 10—20 пудов хлеба и на 2 руб. 50 коп. больше. Эти денежные оклады и хлебный паек нередко существовали на бумаге, так как и казна, и воеводы выдавали жалованье нерегулярно и не в полном объеме. Естественно, что в таких условиях казаки и члены их семей обращались к промыслам, торговле с ясачными, ремеслу и хлебопашеству.
Так, из рапорта сына боярского К. Хворова в Тобольск в 1668 г. видно, что «…енисейские служилые люди, как и монастырские крестьяне и посадской человек Иван Соловар, по Тасееве и по Усолке пашни на себя пашут и соль варят, и слуду копают, и железо делают».
Казачья верхушка стремилась стать дворянами-крепостниками с правом безусловного распоряжения людьми и землей. В крае широко бытовали купля-продажа ясыря (пленные), закабаление бедняков, различные сделки с землей. Рядовые же казаки по своему положению были близки к крестьянам и посадским людям. Многие из них и по происхождению были из этих трудовых сословий.
До конца 1670-х гг. верстание осуществляли воеводы по уездам, а утверждал Сибирский приказ. Из-за нехватки людей в казаки зачисляли нередко всех желающих, невзирая на их сословное происхождение. Этим нарушался общесословный принцип наследственной принадлежности каждого к своему сословию, который четко был провозглашен Соборным уложением (1649). Значительное по масштабам верстание в казаки проводилось в Приенисейском крае в годы повышенной военной опасности и при строительстве новых важных острогов в 1660—80-е гг.; при строительстве Абаканского (1707) и Саянского (1717—1718) острогов. Узкосословный принцип пополнения казачества стал последовательно проводиться после податной реформы 1717—1724 гг. С 1728 г. казачьи ряды могли пополняться только за счет детей верстанных, то есть находящихся в штате служилых людей.
