Политика административной сферы фридриха 2 и екатерины 2​

Я "твоё имя", путешественник, решил отправиться в Пирей. Также я рассказывал вам о Олимпийских играх. В гаванях увидел 400 триер. Но, к сожалению, не смог туда зайти, так как посторонних не пускали. Но 400 триер – это еще не самое главное. Сердце мое сжалось, когда я увидел как страдают бедные граждане. Они пришли сюда на заработки. Мне посчастливилось увидеть богача, который за свой счет снарядил боевой корабль.

Вот я двигаюсь дальше и вижу Длинные стены на случай войны. Я узнал многое о Пирее. Теперь, взяв с собой рабов, я отправился в Афины. Рабы несли меня очень долго, а солнце пекло как никогда. Наконец – то, мы дошли до Афин. Я хочу посетить Керамик. О боже, как тут грязно! Улицы узкие, грязные. А грязные они, потому что горожане выливали и вышвыривали отбросы прямо на улицу. Я подошел к одному и сказал: «Как можно восхищаться Керамиком!», и он ответил: «Если Вы не восхищаетесь Керамиком, то Вы осел!», и ушел. Я купил две вазы: краснофигурную и чернофигурную.

Затем отправился на Агору. Агора – это главная площадь Афин. Здесь так многолюдно и шумно. Я бы не ходил сюда, но хочу перекусить. Рабы расчищали мне дорогу и несли меня. Я купил продукты и отнес их повару на званый ужин. Пообедав отправился в Акрополь. Я по всем достопримечательностям на Акрополе. Но больше всего мне понравилась бронзовая статуя Афины.

Путешествие удалось на славу. Греция не такая уж и плохая страна.

Грамота от Степана Тимофеевича от Разина. Пишет вам Степан Тимофеевич всей черни. Хто хочет богу да государю послужить, да и великому войску, да и Степану Тимофеевичю, и я выслал казаков, и вам бы за(о)дно измеников вывадить и мирских кравапивцев вывадить.
И <...> мои казаки како промысь (промысл. - Сост.) станут чинить, и ва[м] бы <...> итигь к ним в совет, и кабальныя и апальныя шли бы в по[л]к к моим казакам.

2. От донских и от яицких атаманов молотцов, от Стефана Тимофеевича и ото всего великого войска Донского и Яицкого наметь Цывильского уезду розных сел и деревень черней руским людем и татаром и чюваше и мордве. Стоять бы вам черне, руские люди и татаровя и чювяша, за дом пресвятые богородицы и за всех святых, и за великого государя царя и великого князя Алексея Михайловича <...> (т), и за благоверных царевичев, и за веру православных християн. А как не Цывильска к вам, к черне, руские люди и татарови и чюваша и мордва, высылыцики в Цывильской уезд по селом и по деревням будут и станут загонеть в осад стоять в Цывильску, и вам бы, черне, в осад в Цывильск не ходить, потому что над вами учинет обманом, всех в осаде вас прерубет. А тех бы вам цивильских высильщиков ловить и привозить в войско в Синбирск. А которые цывиленя дворяня и дети боярские и мурзы и татаровя, похотев заодно тоже стоять за дом пресвятые богородицы и за всех святых и за великого государя и за благоверных царевичев, и за веру православных крестиян, и вам бы, чернь, тех дворян и детей боярских и мурз и татар ничем не тронуть и домов их не разореть. А с войсковой памяти вам, чернь, списывать отдавать списки по селам церковным причетником дьячком в слово в слово. И списывая, отдавать их по розным волостем и по селам и по деревням сотцким и старостам и десяцким, чтоб они, уездные люди, все в сию высковою наметь знали. К сей памяти высковую печать атаман Степан Тимофеевич приложил. А с сею высковою памятью послан наш высковой казак Ахпердя мурза Киддибяков, и вам бы, чернь, ево во всем слушать и спору не держать. А буде ево слушать ни в чем не станете, и вам бы на себя не пенять.

3. Великого войска Данского и Еицкого и Запорожского от атаманов от Михаила Харитоновича, да от Максима Дмитревича, да от Михаила Китаевича, да от Семена Нефедьева, да от Артемья Чирскова, да от Василья Шилова, да от Кирилы Лаврентьева, да от Тимофея Трофимовича в Челнавской атаманом мо-лотцом и всему великому войску.

Послали мы к вам Козаков лысогорских Сидара Леденева да Гаврилу Болдырева для собранья и совету великого войска. А мы ныне в Танбове ноября в 9 день в скопе, у нас войскова силы с 42 000, а пушак у нас 20, а зелья у нас полпятаста и больши пуд.

И кой час к вам ся память придет, и вам бы атаманы и молотцы, собрався, ехоть к нам на с пушками и з зельем безо всякого мотчанья днем и ночью наспех. А писал к нам из Орзамасу донской атаман, что наши козаки князь Юрья Долгаруково побили со всем его войским, а у него была пушак 120, а зелья 1500.

Да бы вам, породеть за дом пресвятые богородицы и за великого государя, и за батюшку за Степана Тимофеевича, и за всю провославную хри-стиянскою веру. Потом вам, атаманы молотцы, атаман Тимофей Трофимов челом бьет.

А будет вы к нам не пойдетя собраньем на совет, и вам быть от великого войска в казни, и женам вашим и детем быть порубленым и домы ваши будут розарены, и животы ваши и статки взяты будут на войска.