Рафинирование черновой меди от примесей по экономическим соображениям проводят в две стадии — вначале методом огневого рафинирования, а затем электролитическим методом. Огневое рафинирование меди Цель огневого рафинирования - подготовить медь к электролитическому рафинированию путем удаления из нее основного количества примесей. Огневое рафинирование жидкоого металла проводят в цилиндрических наклоняющихся печах, а на медьэлектролитных заводах, получающих черновую медь в слитках, — в стационарных отражательных печах. Печи для огневого рафинирования часто называют анодными, так как после процесса жидкую медь разливают в аноды — слитки, имеющие форму пластин. Наклоняющиеся (поворотные) цилиндрические печи схожи с горизонтальным конвертером, применяемым для выплавки штейна. Для выпуска меди предусмотрена летка, наиболее распространены печи вместимостью 160—220 т. Стационарные печи вместимостью до 500 т по устройству схожи с отражательной печью для выплавки штейна. Огневое рафинирование меди в отражательной печи длится ~ 24 ч и включает следующие периоды: загрузка (длится до 2 ч), расплавление (~ 10 ч) окислительная обработка расплава, удаление шлака, восстановительная обработка, разливка готовой меди. Рафинирование в цилиндрических печах, где не требуется плавления меди, длится примерно в два раза меньше и состоит из четырех последних периодов процесса в отражательной печи. Окислительная обработка длительностью 1,5—4 ч заключается во вдувании в ванну воздуха через погруженные на глубину 600—800 мм стальные трубки, покрытые огнеупорной обмазкой. При этом окисляются примеси с ббльшим, чем у меди химическим сродством к кислороду — такие как Al, Fe, Zn, Sn, Sb, Bi, As, Ni и немного меди до Cu2O. Полностью остаются в меди золото и серебро и большая часть селена и теллура. Оксиды примесей, Cu2O и загружаемый в печь в небольших количествах кремнезем образуют на поверхности ванны шлак, который в конце окислительной продувки удаляют из печи деревянными гребками. Восстановительную обработку ванны (дразнение) длительностью 2,5—Зч проводят для раскисления меди (удаления кислорода, содержащегося после окислительной продувки в количестве до 0,9% в виде Cu2O) и удаления растворенных газов. Ранее дразнение проводили погружением в расплав сырой древесины (жердей, бревен), в настоящее время — путем вдувания паромазутной смеси или природного газа. Вдуваемые вещества разлагаются с образованием Н2, СО и СН4, которые, выделяясь, вызывают перемешивание ванны и удаление растворенных газов (SO2, СО, и др.), а также раскисляют ванну, восстанавливая Cu2O (например по реакции Cu2O + Н2 = 2Cu + Н2O). После дразнения медь, содержащую менее 0,01 % S и менее 0,2 % [О], разливают в аноды — слитки толщиной 35—40, длиной 800—900 и шириной 800-900 мм, предназначенные для электролитического рафинирования. Анодная Медь содержит 99,4-99,6% меди.
Источник: http://emchezgia.ru/cvet_met/14_rafinirovanie_medi.php МЧ-ЗГИА.РУ ©
Объяснение:
Объяснение:Савва Морозов – известнейший русский предприниматель, имевший звание мануфактур-советника. Родившись в семье богатых промышленников-старообрядцев, будучи воспитан в строгости, он зачастую по отношению к себе бывал очень экономен. Биографы отмечают, что Савва Тимофеевич мог ходить в стоптанной обуви с заплатами, а из украшений в его кабинете был только бюст Ивана Грозного работы Антакольского.
В то же время по отношению к другим Савва Морозов мог быть очень щедрым. Так, его жена Зинаида Григорьевна, а несколько лет спустя любовница Мария Федоровна Андреева не знали ни в чем нужды, упивались роскошью и тратили капиталы Морозова на свои прихоти.
Благотворительная деятельность считалась правилом для купцов и промышленников XIX в. Дед Морозова, бывший крепостной, не умевший читать, а также его отец, грамотный, но не имевший высшего образования, при этом очень умный и деятельный человек, вкладывали довольно большие средства в книгоиздание и меценатство. Мать превзошла отца в благотворительности. Уже после смерти мужа и сына Мария Федоровна выделила деньги на строительство студенческого общежития, лабораторного корпуса для Императорского Технического училища. В память о сыне она построила больницу для душевнобольных (в последние месяцы жизни врачи говорили о тяжелом нервном расстройстве Саввы Морозова) и родильный дом. А в завещании Мария Федоровна выделила почти миллион на благотворительные нужды.
Савва Тимофеевич Морозов зарекомендовал себя как филантроп. Он, в отличие от родителя, с большой заботой относился к рабочим своей мануфактуры, а те платили ему доверием. Он отменил наказания и штрафы, введенные отцом, обеспечил качественное медицинское обслуживание, первый из промышленников ввел пособия для беременных женщин, работавших на фабрике.
Морозов жертвовал на строительство больниц, родильного приюта. Давал деньги на издание книг. Но в то же время не давал ни копейки на то, что считал лжеискусством.
Огромную поддержку в период формирования он оказал МХАТу. В общей сложности на нужды театра он издержал около полумиллиона рублей – огромные деньги. Существует версия, согласно которой, увидев спектакль нового театра «Царь Федор Иоаннович», Савва Тимофеевич был потрясен и решил в финансировании театра. При этом условия доступности театра обычным зрителям и, соответственно, дешевизны билетов, а также постановки общественно актуальных пьес должны были соблюдаться.
Станиславский и Немирович-Данченко – художественные руководители МХАТа – пытались обратиться за финансовой поддержкой в государственные органы и к частным предпринимателям, среди которых были виноторговец-миллионер, директор бумагопрядильной фабрики, владелец фирмы по изготовлению музыкальных инструментов и другие. Руководители театра везде получали или отказ, или минимальные суммы, на которые театр не смог бы существовать. Морозов фактически обеспечил театру финансовую независимость.
В 1898 году при активном содействии Саввы Тимофеевича было учреждено Товарищество для создания в Москве Общедоступного театра, в состав которого вошли видные деятели искусства, театралы и писатели, а также брат Морозова Сергей. Савва очень радовался, что в числе соучредителей Товарищества был А.П.Чехов.
Морозов выделял средства и принимал личное участие в строительстве нового здания театра на 1300 мест. По большому счету, меценат сделал для МХАТа не меньше, чем его руководители, и Станиславский и Немирович-Данченко были ему очень признательны за поддержку. Станиславский писал, обращаясь к Морозову: «…внесенный Вами труд мне представляется ПОДВИГОМ, а изящное здание, выросшее на развалинах притона, кажется сбывшимся наяву сном… Я радуюсь, что русский театр нашел своего Морозова подобно тому, как художество дождалось своего Третьякова…».
Тем не менее, за год до смерти в 1904 году, Савва Тимофеевич отошел от театральных дел, оставив свой взнос как член Товарищества. Возможная причина такого решения была связана со страстью Морозова к очень красивой, но не имевшей столь мощного таланта, как ведущая актриса театра О.Л. Книппер-Чехова, М.Ф.Андреевой, которая претендовала на ведущие роли. Как результат возникла ссора руководителей театра, в которой Станиславский отстаивал интересы Андреевой (и, соответственно, Морозова), театр разделился на два лагеря.
