На доске написано 24 попарно различных натуральных чисел. Их среднее арифметическое равно 38. Пусть M – наименьшее из написанных чисел. Найдите наибольшее возможное значение M

Если ты не умеешь применять теорему виета, то пиши в комментарях, я научу x²-8x+7 > 0 (х-1)(х-7) > 0 х € (-∞ ; 1 )( 7 ; +∞) x²+3x-54 < 0 (х+9)(х-6) < 0 х € ( -9 ; 6 ) 1/2x²+0,5x-1 > 0 x²+ x – 2 > 0 (х-1)(х+2) > 0 х € (-∞ ; -2 )( 1 ; +∞) 5x²+ 9,5x-1 < 0 10х²+19х–2 < 0 (х-1/10)(х+20/10)< 0 х € (-2 ; 0,1 ) -x²-3x+4> 0 x²+3x–4> 0 (х+4)(х-1)> 0 х € (-∞ ; -4 )( 1 ; +∞) -8x²+17x-2 ≤ 0 8x²-17x+2 ≤ 0 (х-16)(х-1) ≤ 0 х € [ 1 ; 16 ] дальше лень печатать (-∞ ; 3 )( 3 ; +∞) -12 нет корней (-∞ ; +∞) (-∞ ; 0,5 )( 0,5 ; +∞) нет корней

Лови

Об однородных членах и их добрососедских отношениях
Жили-были и сейчас живут на свете слова. Дружно живут, без устали работают вместе с людьми. И у каждого слова своя специальность да ещё смежная профессия (и не одна). Работают слова в предложении людям общаться друг с другом, дело налаживать.

Шла я однажды в школу и увидела группу слов, которые ров­ной шеренгой двигались по той же дороге. Разобрало меня любо­пытство — догнала я эти слова и обратилась к первому:

— Извините Нельзя ли узнать, как вас зовут и кем вы сегодня работать будете?

— Я глагол выйти и работаю сегодня сказуемым при подлежащем ветер.

— А вы, уважаемое слово? — обратилась я ко второму.

— Я глагол постучать и работаю сказуемым в том же самом предложении.

— Как? Значит, и вы поясняете подлежащее ветер!

— Да, и я. Да ты не удивляйся. Вся наша бригада из шести глаголов сегодня поясняет подлежащее ветер. Мы выполняем в предложении одинаковые синтаксические функции, потому и называемся .

— Но вас так много! Не будете ли вы мешать друг другу?

— Что ты! Работать так очень удобно: мы составляем единый ряд и тем самым поддерживаем друг друга. Послушай:

Осторожно ветер
Из калитки вышел.
Постучал в окошко,
Пробежал по крыше;
Поиграл немного
Ветками черёмух,
Пожурил за что-то
Воробьёв знакомых
И, расправив бодро
Молодые крылья,
Полетел куда-то
Вперегонки с пылью.

(С. Есенин.)

— Действительно, неплохо получается. А между собой вы как ладите? Кто кому подчиняется?

— В том-то и дело, — сказал третий глагол, — что среди нас нет главных и зависимых слов: мы синтаксически равноправны и находимся по отношению друг к другу не в подчинительных, а в сочинительных отношениях.

— Вот это да! Как же вы связываетесь друг с другом?

— Мы связаны друг с другом интонацией, и нередко нам в этом сочинительные связи.

Пошла я дальше и всё думала: выходит, однородные члены предложения в приведённых примерах, во-первых, зависят от одного и того же слова; во-вторых, являются одинаковыми чле­нами предложения и, в-третьих, находятся в сочинительных от­ношениях друг с другом.

Стоп! А как же подлежащее? Ведь оно независимый член пред­ложения. От чего же будет зависеть ряд однородных подлежа­щих? Может, ошибся глагол? Может, однородных подлежащих не бывает?

Достала я учебник грамматики, нашла параграф о подлежа­щем и решила обратиться прямо к нему:

— Извините за беспокойство, многоуважаемое Подлежащее! Мне очень нужно знать, бывают ли подлежащие однородными.

И Подлежащее ответило:

— Конечно, бывают. А почему ты сомневаешься?

— Так ведь однородные члены зависят от одного и того же слова, а вы...

— У нас однородность проявляется несколько по-иному, чем у остальных членов предложения. Однородные подлежащие сами грамматически командуют одним и тем же сказуемым. Например, в предложении: Малина и черника уже поспели — однородные подлежащие малина, черника определяют форму сказуемого, его множественное число. Понимаешь?

— Как не понять, — ответила я, поблагодарила Подлежащее и закрыла книгу.

Тут прозвенел звонок на урок, и сказка кончилась. Но я решила, что потом подробнее узнаю об однородных членах пред­ложения, и вам советую.