3.. мы знаем, что в десятичных дробях мы можем поставить в конце нуль, много нулей и значение все равно не изменится
если тебе будет проще, то составь координатную прямую
>
-1.3 -1.2 0
а) -1,15
давайте -1.3 и -1.2 запишем как -1.30 и -1.20
>
-1.30 -1.20 -1.15
не подходит
б) -1.25
снова представляем числа в условии с двумя знаками после запятой
это число заключено между числами из условия
в) -1,4
не включено
г) -1.263
представим числа из условия таким образом -1.300 и -1.200
число подходит
4. давайте попробуем опять воспользоваться координатной прямой
>
-900 -800
помним, что чем больше модуль отрицательного числа (число просто, без минуса), тем оно левее, меньше
-839 должно быть больше -900 и при этом меньше -800
на координатной прямой это выглядит примерно так
>
-900 -839 -800
так что, неравенство верно
5. знаки ≥ и ≤ обозначают (больше или равно/меньше или равно) у нас в условии нет того, что числа равны, так что первое и последнее сразу не подходит
"а" находится между 3.5 и 4.6
букву ставим в середину неравенства и получается
3.5<а<4.6
знаки неравенства направлены в сторону "а" , можно увидеть, что первый знак обозначает что а больше 3.5 , а второй что а меньше 4.6
значит, ответ третий
«Молитва это вульгаризованная и рационалистически разжиженная позднейшая форма чего-то очень энергичного, активного и сильного: магического заклинания, принуждения бога» (Т. Манн)
Самая первая, самая красивая, мелодичная часть этой повести – молитва героя. Именно такая молитва, не тихая христианская но убеждение, заклинание, попытка слабого, потерянного человека принудить судьбу измениться. Во имя его любви.
При том, такой любви, в которую очень поверить первой любви, в которой разом встретилась та самая девушка, румяная, взволнованная, очень юная «Она» – и еще весна, цветущие деревья, красота мира, воспринятая молодой, впечатлительной душой, и еще вера в светлое будущее, наивная за него борьба. Все то, что было у него и все, что отняли разом. Сама жизнь, которую он потерял, которую нельзя уже вернуть, но он верит, что можно, с одной единственной нити, с Нее, в образ которой измученно сердце соединило все светлое, что сумело сохранить.
Но Бог, в которого герой никогда прежде не верил, конечно, не внемлет молитве и карает героя за нее, не то чтобы жестоко стирает с лица земли, прекращая разом и надежды и муки. Вообще, у Грина очень интересен мотив «молитвы», она предстает, как заклинание, которое может читать лишь избранный. Для всех же остальных это слабость, непозволительное покушение на божественные сферы. Так и здесь. Молитва сломанного тюрьмой человека, искренняя, жалобная, тихая, у которой недостаточно силы, чтобы заставить Бога покориться человеческой воле.
«У него была одна молитва, только одна…»
