Русская литература XVIII века огромный путь в развитии. Произведения стали более серьезными, чувственными эмоциональными.
В XVIII веке процветала наука и образование, также развивалась литература. В то время были очень популярны рассказы о Петре I. Развитие литературы, главным образом, началось с изменения жанров художественных произведений. Поэто и писатели перешли от обычного классицизма к синтементализму. Поэтами-классицистами возвышалась воля, чувство долга перед Родиной и патриотизм. Они писали о правлении других царей, о возвышении разума над чувствами. Синтементализм, как и классицизм, тоже был по своей природе органичен. В произведениях этого направления персонаж старался слиться с природой, найти в ней мирную тишину. Эти два совершенно разных направления в литературе стали переходом к XVII веку. Многие писатели этой эпохи вставлены в список школьной литературы, это и Н.М. Карамзин, и Г.Р. Державин, и И.П. Тургенев, и Д.И. Фонвизин.
Многие произведения того века знакомы современным детям и я считаю, что эти произведения вечно останутся в сердцах каждого нового поколения
У сильного всегда бессильный виноват:
Тому в Истории мы тьму примеров слышим,
Но мы Истории не пишем;
А вот о том как в Баснях говорят.
Ягненок в жаркий день зашел к ручью напиться;
И надобно ж беде случиться,
Что около тех мест голодный рыскал Волк.
Ягненка видит он, на до́бычу стремится;
Но, делу дать хотя законный вид и толк,
10Кричит: «Как смеешь ты, наглец, нечистым рылом
Здесь чистое мутить питье
Мое
С песком и с илом?
За дерзость такову
Я голову с тебя сорву».—
«Когда светлейший Волк позволит,
Осмелюсь я донесть: что ниже по ручью
От Светлости его шагов я на сто пью;
И гневаться напрасно он изволит:
Питья мутить ему никак я не могу».—
«Поэтому я лгу!
Негодный! слыхана ль такая дерзость в свете!
Да помнится, что ты еще в за лете
Мне здесь же как-то нагрубил:
Я этого, приятель, не забыл!» —
«Помилуй, мне еще и отроду нет году»,
Ягненок говорит. «Так это был твой брат».—
«Нет братьев у меня».— «Так это кум иль сват
И, словом, кто-нибудь из вашего же роду.
30Вы сами, ваши псы и ваши пастухи,
Вы все мне зла хотите,
И если можете, то мне всегда вредите:
Но я с тобой за их разведаюсь грехи».—
«Ах, я чем виноват?» — «Молчи! устал я слушать
